Орелстрой
Свежий номер №40(1244) 15 ноября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Специально для "ОВ"

Владимир Познер: «Я не влюбился, я полюбил – очень сильно»

23.06.2015

Телеакадемик, ведущий программы «Познер» на Первом канале нечасто предстает в качестве человека, у которого берут интервью. А вот для поклонников, которые пришли на творческий вечер Владимира Познера, мэтр сделал исключение. Больше часа он отвечал на вопросы из зала – искренне, с юмором и по-познерски философски.

 

О предательстве и врагах

– Владимир Владимирович, кто ваши враги?

– Вчера я выступал в радиоэфире одной известной компании. И там в прямом эфире был поставлен слушателям вопрос: «Кто из вас за Познера, а кто – против?» Кстати, перед эфиром мне сказали, что аудитория у канала патриотическая. Так вот, в этой патриотической аудитории 32 процента были за Познера, а 68 – против. Очевидно, патриоты меня не любят. Но мне сказали: «Что вы, у вас еще очень высокий рейтинг! Обычно бывает 20 на 80 процентов!».

Враги – это сильное слово. Но люди, которые не понимают, что я говорю, которые меня считают американцем и русофобом – их довольно много… Но я не могу не вспомнить моего любимого героя из «Сирано де Бержерака», который говорил: «Под взглядами врагов я хожу прямее».

– Вас предавали близкие люди?

– Как понимать «близкие»? И как понимать «предавали»? Кажется, что это простые вещи… Но это только кажется. Ну вот, к примеру, отец – близкий? Все скажут – да, конечно. Тогда могу сказать, что да, меня отец предал. Я считаю, что он меня предал. Он так не думает – он считает, что правильно поступил…

– В одной из своих книг вы рассказывали, как будучи ребенком дрались с мальчиком за мамин платок…

– Для тех, кто не знает, о чем речь, расскажу. Когда мы плыли из Франции в Америку через Португалию, когда убегали из Франции – у моей мамы была шелковая бабочка, украшение на шею, синяя в красно-белые горошинки. И мама ее очень любила. И вдруг потеряла. Я шел по палубе – и увидел мальчика, который держал в руках мамину бабочку. Я говорю: «Отдай, это моей мамы». А он был постарше меня и говорит: «Ничего не знаю. Я нашел – значит, она моя!» Ну и тут я врезал ему со страшной силой. Отнял у него бабочку, принес маме. Она сказала: «Ты мой рыцарь!».

Я очень любил свою маму. И это осталось в памяти на всю жизнь. И я думаю, что этот дух отважности у меня никуда не ушел. Но мама – одна, поэтому с ней я никого не могу сравнивать, для меня она стоит совершенно отдельно. И то, что я готов был делать для нее – наверное, только для нее и мог это сделать. Теперь, конечно, у меня есть дочь, внуки… Но мама – это мама…

 

Первая любовь

– Расскажите, как вы учились?

– А что тут интересного? Я всегда был хорошим учеником… Я поступил на биофак в МГУ и там хорошо учился. А потом мы же приехали в Советский Союз из-за границы, ничего не знали – даже как тут отдыхают люди. Моя мама уже работала на радиовещании, в «Голосе Москвы» и там познакомилась с одной семьей, которая предложила послать меня на отдых к их родственнице в Ленинград – на пару недель. Я поехал в Ленинград – и влюбился до потери сознания в эту женщину. Мне было 22 или 21, ей – 37. Это было что-то! Я даже не влюбился, я ее полюбил – очень сильно. Мы вернулись в Москву вместе, она сняла комнату на Малой Бронной, я туда переехал. Это была нормальная советская коммунальная квартира, там было восемь семей, один сортир, одна кухня, примусы – все, как положено. И я, конечно, перестал учиться! На экзаменах получил две двойки, меня выгнали из университета. Вместе с Колей – с Николаем Николаевичем Дроздовым. Это замечательный человек! Он не любит, когда я про него рассказываю, но это же правда.

Например, мы учили военное дело. И вот полковник Власов, который читал нам лекции, говорит: «Товарищи студенты, когда вы увидите вспышку ядерного взрыва, вам следует упасть на спину головой в сторону взрыва. Вопросы есть?» Коля встает: «Товарищ полковник, мне все-таки кажется, что нужно упасть на живот, и головой от взрыва». – «Почему вам так кажется?» – «Когда задницу оторвет – видно будет, куда она полетела».

Ну а когда мы вместе попали в военкомат – ох, какое это унизительное было дело… Приходишь на комиссию, тебя раздевают догола, и ты обходишь всех врачей – а они все женщины! И тебя осматривают, как коня… Идем вместе с Колей – он впереди меня. Последний врач – проктолог… Смотрит бумаги, не поднимая головы. «Дроздов Николай, 35-го года рождения. Все верно?» – «Да!» – «Курите?» – «Да!» – «Так, расставьте ноги, нагнитесь, раздвиньте ягодицы. Пьете?» – «А что, пробка видна?» Ну, вот такие веселые вещи происходили у нас с Николаем… Потом мы вернулись в МГУ…

 

Национальные интересы

– Владимир Владимирович, крупные государства нередко свои действия объясняют необходимостью защищать национальные интересы. Ваше мнение – где границы этих интересов?

– Я считаю так. Национальные интересы – это те, которые связаны с безопасностью государства. И когда то или иное государство чувствует опасность, то оно соответствующим образом действует. Приведу пример. В 1961–1962 годах Советский Союз в лице Никиты Сергеевича Хрущева и Фидель Кастро договорились, что на Кубе будут размещаться советские ракеты с ядерными боеголовками среднего радиуса действия. Казалось бы, два независимых государства договорились. Но когда США узнали об этом, они сказали: «Нет, мы не допустим. Потому что мы считаем, что ракеты на Кубе угрожают нашей безопасности!». И не допустили – ракеты пришлось убрать. Как вы помните, мы были на пороге войны.

Перенесемся в сегодняшний день. Есть такая организация – НАТО. Она была создана как военный блок, который должен был защищать Европу от возможной советской агрессии. Советский Союз исчез, Варшавский договор исчез. Зачем нужно НАТО? Защищает Европу и США – от кого? От Северной Кореи? От Ирана? Михаил Сергеевич Горбачев говорил, что Джеймс Беккер, который был при Рейгане государственным секретарем, сказал ему: «Если вы допустите объединение Германии, уберете Берлинскую стену, то я вас заверяю: НАТО не двинется на Восток ни на дюйм!» Объединение произошло, Берлинская стена исчезла, НАТО не двинулось на Восток – пока был Советский Союз. Когда исчез СССР, НАТО двинулось, и еще как! Польша, Чехия, Венгрия, Болгария, Румыния, Литва, Латвия, Эстония стали новыми членами НАТО… А ведь Латвия и Эстония имеют общую границу с Россией. И когда Россия стала протестовать: «Как же так – у нас же была договоренность?!», нам сказали: «А вы кто такие? У нас была договоренность с Советским Союзом!»

Правильно или неправильно, но российское руководство рассматривает НАТО как угрозу. И когда возникает опасность, что НАТО может оказаться не только там, где оно есть, то есть в Латвии и Эстонии, но еще и на Украине, и вместо нашего военно-морского флота в Севастополе окажется НАТОвский, то российское руководство говорит: «Нет! Мы не допустим, потому что это нам угрожает». Вот это и есть национальные интересы…

 

«Обязательно попробуй!»

– Какие приобретенные черты характера вам помогли в становлении личности?

– Я начинаю думать, что мы уже рождаемся с чертами характера. Конечно, влияние среды и родителей – это важно, но с каким-то «набором» человек, безусловно, уже рождается. И соответственно, он становится тем, кем становится. В жизни все настолько сложно… Кто мы? Почитайте Достоевского – поймете, сколько в нас дерьма. В то же время почитайте «Маленького принца», «Три мушкетера»… В нас много всякого намешано…

– Какую основную мысль вы бы хотели донести до нас?

– С моей стороны было бы несколько нескромно, если бы я сказал: «Я хочу, чтобы вы после встречи со мной…» Есть такой фильм – «Пролетая над гнездом кукушки». Величайший фильм, он изменил мою судьбу, как именно – сейчас говорить не буду. Так вот, там есть сцена, где герой, которого играет гениальный Джек Николсон, спорит с сумасшедшими – хотя они не совсем сумасшедшие, просто их скрывают от внешнего мира в этой психлечебнице. Он утверждает, что сможет оторвать привинченный к полу каменный умывальник. У него вздуваются жилы на шее, на руках, но оторвать умывальник не получилось. Он выходит из комнаты, а вслед ему смех: проиграл! Он поворачивается и говорит: «По крайней мере, я попробовал…» А в конце фильма здоровенный индеец вырывает этот умывальник – и пробивает им себе путь на свободу. Он никогда бы не сделал этого, если бы не увидел неудачную попытку того человека. Поэтому я всегда всем говорю: «Обязательно попробуй, обязательно!».

Второе высказывание, которое мне дорого, принадлежит моему любимому президенту Аврааму Линкольну, которого многие ненавидели и убили. Незадолго до смерти он написал: «Если бы я должен был каждый день отвечать на то, что пишут мои недоброжелатели, впору было бы закрыть эту контору. Я буду делать все, что я могу, как я могу, пока могу. И если итог покажет, что я был прав, все слова моих хулителей и критиков не будут означать ровным счетом ничего. А если итог будет иным – то десять ангелов, поющих мне славу, ничего не изменили бы…».

Записала Мария Донская, фото Вадима Тараканова

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям