Орелстрой
Свежий номер №32(1236) 13 сентября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Записки путешественницы

Предрождественская Вена

25.12.2013

Когда я произношу это словосочетание, в голове словно начинает звучать прекрасная классическая музыка, я прямо-таки ощущаю запах натуральной елки, аромат глинтвейна и вкус запеченной кабанятины. Ведь мне думается о том, что я нахожусь не только в самом сердце Европы, но и на самой что ни на есть родине рождественских базаров. Эти воспоминания настолько врезались в мою память, что поездка, произошедшая год назад, словно стоит у меня перед глазами.

 

Перелет под музыку Шопена

В самолете, который перевозил нас из Москвы в Вену, было уютно и как-то по-домашнему умиротворенно. Играла негромкая классическая музыка – в основном Шопена. И волей-неволей вспыхивало рождественское настроение, до этого будто бы тлеющее где-то внутри. Городские огоньки вечерней Вены, которыми мы любовались, подлетая к городу, складывались в прекрасную рождественскую гирлянду. Что именно настраивало меня на столь романтический лад – прекрасная музыка или выпитое вино, бутылочки которого раздавались ярко одетыми стюардессами в практически неограниченном количестве, – теперь трудно сказать. Но то, что мое состояние было близко к эйфорическому, это точно…

С некоторым трудом найдя нашу квартирку на улице Марияхильфе, являющейся главным венским торговым променадом, мы с моей приятельницей, валясь с ног от усталости, почти сразу уснули.

Декабрьские базары

Утром Вена предстала перед нами во всем своем рождественском великолепии. Дело в том, что всего в этом городе насчитывается более десятка рождественских рынков, которые уже сами по себе сродни ожившей легенде. Ведь ведут они свою историю ни много ни мало с 1296 года.

Первая рождественская ярмарка или, как она тогда называлась, декабрьский базар, была открыта в Вене по указу императора Альбрехта I более 700 лет назад. С тех пор с середины ноября до самого Рождества этот город с двухтысячелетней историей наполняется непередаваемой атмосферой сказки и приближающегося чуда. Особенно ускоряет оно свое приближение, когда в декабрьские холода вкушаешь, к примеру, венский пунш. Делают его по оригинальному рецепту из подогретого вина, специй, цедры лимона и капли шнапса чаще всего домашнего изготовления. Стоит этот горячительный напиток примерно 5–7 евро. Но если ты все же возвращаешь кружку, в которой его подают, то можешь получить свои 2 евро обратно. Но обычно среди туристов это мало практикуется. Ведь новый дизайн кружек разрабатывается к каждому Рождеству. Поэтому, выпив ароматный напиток, гораздо разумнее прихватить одну из них в качестве праздничного сувенира.

История рождественской елки

Одним из обязательных атрибутов праздника является елка, которую можно приобрести на 129 елочных базарах Вены. На официальном сайте мэрии нам удалось уточнить, где расположен ближайший из них. Таковой нашелся почти возле нашего дома. Честно говоря, на нем нас интересовали не сами деревья, а только елочные ветки. Пожилая венка-продавец ни под каким соусом не захотела брать с нас деньги за выбранную нами зеленую красоту. А узнав, что мы из России, почему-то обрадовалась и поведала нам такую историю.

Дело было еще в начале XIX века. По случаю конгресса, венчавшего победу над Наполеоном, в австрийской столице собрались делегации из России, Великобритании и Пруссии. Как следствие, светская жизнь Вены в это время оживилась необычайно. Одним из мест, где проводились интеллектуальные светские салоны, был дворец Aрнштейн. Его хозяйку звали Франциской, или просто Фани. Именно в ее доме была представлена первая рождественская елка, до этого момента неизвестная в Вене. Эту традицию она привезла из Германии, откуда была родом. Все приглашенные пели веселые песни в соответствии с берлинской традицией, а также получали рождественские подарки из-под елки.

Следующая рождественская елка в Вене была установлена уже в 1823 году. И произошло это в холле дворца Aльбертина. В праздновании Рождества в доме эрцгерцога принял участие император. Он был покорен волшебной атмосферой праздника настолько, что в следующем году приказал установить елку во дворце Хофбург – своей официальной резиденции. А далее произошло ожидаемое событие – к следующему Рождеству подражание императорской елке шагнуло за пределы Хофбурга, ведь это считалось весьма хорошим тоном.

Сердце Вены

Копирование поведения императора было свойственно абсолютно всем светским обществам. Но особенно ярко это выражалось, когда речь заходила об императорских оценках чего-нибудь или кого-нибудь. Рассказывают, в частности, такую историю, произошедшую вследствие императорской словесной несдержанности.

Здание оперы, открывшееся в 1869 году постановкой «Дон Жуан» Моцарта, на которой присутствовал император Франц Иосиф, стало печально известно благодаря его словам, брошенным свите, о некоей приземистости нового сооружения. Это и послужило поводом к многочисленным нападкам на авторов здания в светской среде. Итог был плачевен: Ван дер Нюль покончил жизнь самоубийством, а Зикардсбург умер от сердечного приступа. Император Франц Иосиф с тех пор был весьма осторожен в оценках художественных и архитектурных произведений…

Но быть в Вене и не насладиться прослушиванием оперы, было бы непростительно. Поэтому, не откладывая в долгий ящик, мы решили это исполнить. Нам удалось официально, минуя перекупщиков, приобрести весьма недорогие билеты в боковой ложе на первом ряду. Но когда мы прошли в зал, выяснилась суть подвоха. Наши места располагались аккурат над оркестровой ямой, так что сцену можно было увидеть процентов на 50. Хорошо еще, что перила были оснащены специальными встроенными экранами, на которых транслировался текст оперы на английском и немецком языках. К тому же, из оркестровой ямы шел настолько восхитительно плотный, обволакивающий звук музыки, что складывалось впечатление, будто его можно резать ножом. Как нам пояснили в антракте, места над оркестром специально выбирают меломаны, чтобы их ничего не отвлекало от сладостно звучащих нот, которые, без сомнения, присутствовали в опере Вагнера «Валькирия».

Пальчики оближешь

Кабачок «Грихенбайзл», куда мы отправились вдохновленные прослушиванием прекрасной музыки, находился в исторической части Вены. Его старинные интерьеры столь любовно поддерживались в аутентичном состоянии в течение пяти веков, пока существует трактир, что создавалось впечатление, будто мы потерялись во времени. Это самое «возрастное» заведение Вены известно тем, что в него любил захаживать автор популярной песенки «Ах, мой милый Августин». Он был не прочь выпить до такой степени, что однажды ему довелось побывать в чумной яме. В честь этого инцидента перед таверной был поставлен символический памятник…

Сначала мы подумали, что цены в столь известной таверне будут несколько завышены, но, как оказалось, это было далеко не так. На двоих обед обошелся нам примерно в 50 евро. В наше меню входило такое традиционное для австрийской кухни блюдо, как суп с печеночными кнедликами. На второе, в качестве символа австрийской кухни, был нежный шницель с хрустящей корочкой, который подавался с вишневым соусом. И, конечно же, в нашем заказе не мог ни присутствовать знаменитый венский яблочный штрудель, что по-немецки означает «вихрь». Водоворот вкусовых ощущений, который мы почувствовали, не с чем нельзя сравнить. Тем более, когда он сдобрен хорошей порцией глинтвейна.

Кстати

Венский пунш стоит примерно 5–7 евро.

Ужин в таверне «Грихенбайзл» на двоих – 50 евро.

Варвара Егорова

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям