Орелстрой
Свежий номер №44(1246) 13 декабря 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Культурная среда

Поэзия живописи Бориса Щербакова

16.06.2017
Летом 1980 года я отдыхал в городе Сочи. В местном музее изобразительных искусств меня поразила картина Бориса Валентиновича Щербакова «Александр Сергеевич Пушкин на берегу неспокойного моря».
 
Четыре встречи
Вдохновенное лицо, голубые с искоркой глаза всматривавшегося в даль поэта, свежий ветер, отогнувший полу шубы, скалистый берег, серое небо – все это не только впечатляло, но и кричало о мятущейся душе гения, рвущегося к свету и справедливости. И холодное, безразличное к человеческим чувствам море зла, закрывшее ему дорогу.
Что я знал о члене-корреспонденте АХ СССР, а с 1992 года – члене-корреспонденте PAX? Да ничего не знал. Не было в те времена Интернета, а о выставках картин мастера в столице мне, жителю периферии, было неизвестно.
Прошло более десятка лет. Я приехал в командировку в Москву. Удивил Курский вокзал. Опилки на полах залов. Вереница каких-то людей, торгующих хлебом, батонами, картошкой, тряпьем и скабрезными открытками. Еще более удивил Арбат. Просто ошеломил. Кучки расхристанной молодежи, звон гитар, бесконечные ряды продавцов матрешек с ликами бывших вождей и знаменитой троицы – Труса, Балбеса, Бывалого. И, конечно, самодеятельные художники, торгующие картинками котов, кошечек и всяческой ерундой.
Я зашел в магазинчик, торгующий картинами. Там, как луч света в темном царстве, прислоненная к стене, стояла большая картина пейзажа средней полосы России (названия не помню). На табличке подпись: «Б. Щербаков». По тогдашним меркам картина стоила недорого, но эта цена для меня была неподъемной. Я долго любовался спокойным пейзажем, несущим в себе беспредельную любовь создателя полотна к истинно русской, скромной природе средней полосы, чувствовалась мощь кисти живописца и какая-то поэтическая недосказанность в сотворении сочной зелени, бирюзового неба, таинственности в спящем зеркале воды.
Наконец, продавец в красном пиджаке с золотой цепью на толстой шее грубо сказал: «Долларов, вижу, у тебя нету. Проваливай. Не мешай».Вот такой была моя вторая встреча с творчеством замечательного художника.
Третья встреча с работами Бориса Щербакова состоялась в Орловском объединенном государственном литературном музее И.С. Тургенева и в Орловском музее изобразительных искусств, где хранится несколько картин художника.
Четвертая встреча – в Интернете. Там я прочитал очерк о его жизни и увидел подборку из нескольких картин. На мой взгляд, можно было бы увеличить эту подборку произведений разностороннего в своем творчестве художника, создавшего сложные тематические полотна, галерею портретов, десятки натюрмортов и сотни упоительных пейзажей, пейзажей настроений.
Путь художника
Борис Валентинович Щербаков (1916–1995) родился в семье известного художника Валентина Семеновича Щербакова, ученика И.Е. Репина. Щербаковы дружили со многими известными художниками. И мальчик с раннего детства приобщился к миру живописи. В юные годы он ездил на этюды с отцом и его другом Аркадием Александровичем Рыловым. И, конечно, под их руководством юноша овладел существенными художественными навыками.
В 1933 году он поступил во Всероссийскую академию художеств, которую успешно окончил в 1939-м. Его наставниками были известные художники – Исаак Израилевич Бродский и Василий Николаевич Яковлев, которые многому научили способного студента. Его дипломная работа «Редакция газеты «Правда», год 1917-й» была высоко оценена и экспонировалась на всесоюзной выставке в Москве, что являлось для молодого художника огромным стимулом для дальнейшего творчества.
Но Великая Отечественная война нарушила все творческие замыслы Щербакова. Борис Валентинович был призван в Красную Армию и воевал в инженерных войсках. Потом выполнял обязанности военного художника: рисовал для фронтовых газет портреты героев, солдат и офицеров. Порой в условиях обстрелов и бомбежек. В 1944–1945 годах по заданию командования Борис Валентинович выполнил на большом полотне групповой портрет Героев Советского Союза – воинов инженерных войск.
После войны с ее ужасами и гибелью тысяч и тысяч людей много переживший художник не замкнулся в себе, а нашел силы для дальнейшего творчества, считая, что обязан говорить о хрупкой красоте мира, которую порой бездумно уничтожает человек.
Философия пейзажа
Особой любовью художника стала пейзажная живопись. Здесь надо сказать, что он с юности любил литературу, знал наизусть многое из поэзии Александра Сергеевича Пушкина и Михаила Юрьевича Лермонтова. И это удивительное сочетание литературы и живописи создало в произведениях Бориса Щербакова что-то необъяснимо влекущее, располагающее к размышлениям и о светлом, и о печальном в человеческой жизни. Ибо только человек может соотнести себя, свои чувства с пейзажами и на картинах, и в природе. Именно пейзаж вызывает или чувство светлой радости, или темные печали, или мирное созерцание.
В сказочно прекрасном пейзаже «Заброшенная мельница (по дороге на «Бежин луг»)» столько поэзии, столько тихого умиротворения под ласковым солнцем, что невольно забываешь о непрекращающихся войнах (больших и малых) на такой маленькой нашей планете, несущейся в ледяном космосе в неизвестность.
В некоторых произведениях Бориса Щербакова, например, в пейзажах Спасского-Лутовинова, Ясной Поляны, созданных в 1962–1963 годах, переданы не только тончайшие цветовые отношения общего колорита, но, по-моему, и какое-то символичное присутствие авторов «Записок охотника» и «Войны и мира».
Эта символика создает у зрителя состояние того, что он находится не у картины, а у раскрытого окна, и вот-вот увидит знаменитых писателей. Я, стоя у картины «Павильон изгнанника», написанной в розово-желтоватых, теплых тонах, с очаровательными солнечными пятнами на земле, доме, деревьях, невольно ожидал: а вдруг выйдет в солнечный мир автор «Дворянского гнезда»…
Картина «Пруд Савиной в Спасском-Лутовинове», написанная в темно-зеленоватых тонах, но, благодаря профессиональному умению использовать краплак, все-таки теплая по цветовому звучанию, по-моему, говорит о непростых взаимоотношениях пожилого писателя и молодой актрисы Марии Савиной.
Картина «Пруд в ноябре, Ясная Поляна», холодноватая по сине-фиолетовому колориту, подспудно с горечью рассказывает о взаимоотношениях великого Льва Толстого и его жены в конце жизни писателя.
Такова сила воздействия интеллектуального творчества талантливейшего живописца Бориса Валентиновича Щербакова. О его пейзажах можно говорить бесконечно долго: будь то уютное очарование пейзажей средней полосы России, пейзажей Псковщины с ее реками, озерами под свежим ветром, степная шолоховская ширь у Тихого Дона или наполненные жизнью городские пейзажи. Все достоверно до последнего мазка волшебной кисти живописца. Но, что удивительно, никакого присутствия «фотографичности». Ибо каждое творение большого художника пропущено через его поэтическую душу. И оттого востребовано и в России, и за рубежом.
Владимир Константинов

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям