Орелстрой
Свежий номер №33(1237) 20 сентября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Неформат

Осадок дня

06.12.2013

25 ноября. Российское литературное собрание, состоявшееся в Москве 21 ноября, по причине нечаянности и необычности мероприятия, а главным образом по случаю непосредственного участия в его работе президента, широко и ярко освещено в средствах массовой информации. 

 

Широко, но неполно. Ярко, но неверно. По большей части критически, иронически или даже саркастически. Подчеркивая просчеты и передергивая факты, средства массовой информации создают впечатление, что невесть кто собрал незнамо кого неведомо зачем… И стороннему человеку трудно понять, что же там было на самом деле. Перед нами общественное мнение в чистом виде, то есть смесь грязных толков и сплетен.*) Ладно, литераторов не жалко, они к злословию в свой адрес давно привыкли, но за литературу обидно. На первый план всех обзоров вылезли злободневные политические аспекты, далекие от актуальных культурных целей собрания. Собрались не за этим. Предъявлять власти гражданские претензии и социальные требования есть достаточно других поводов.

Характерный момент критической нечестности – хамоватые сарказмы по адресу оргкомитета, который составился из потомков (и родственников) классиков, а не из главных писателей эпохи. Но разве ж не очевидно, что если бы к единению звали современные авторы, то каждому званому и незваному захотелось бы оспорить назначение того или иного литератора в первый ряд авторитетов. В то время как несколько наивный, но благородный идеализм устроителей предлагает обратиться к заветным именам русской литературы – через их символическое и все-таки живое присутствие в нашей действительности. Дабы через магию имен воссоединить распавшуюся связь времен…

Общее впечатление от первого Российского литературного собрания таково: хорошо, что съезд писателей состоялся; плохо, что он не стал ни объединительным, ни учредительным. По ходу дела с очевидностью проявилась слабая способность среды к корпоративной солидарности; в определении параметров литературного пространства довлели не принципы, а интересы. А когда у нас было иначе? Если смотреть глубже, можно различить в этой взаимной настороженности нашу хроническую социальную немощь: фатальную слабость гражданского общества.

Смысл собрания, рассредоточенный в начале по разным секциям, незаметно растворился в расширяющемся разговоре обо всем одновременно. Русская интеллигенция снова оказалась в своей стихии, а ее стихия – нескончаемая, неуемная, ожесточенная, яростная дискуссия. Как здесь любят дискутировать, как это согревает душу. **) И тем не менее, это собрание – нужное и важное событие в нашей культурной жизни. Или может стать таковым по своим следствиям.

А может и не стать…

26 ноября. Вопреки установке целей и порядку вещей, центральным моментом всего собрания оказалось несанкционированное общим мнением выступление Сергея Шаргунова в защиту обвиненных по делу о массовых беспорядках. Хотел он того или нет, но этим провокативным актом были сорваны усилия организаторов консолидировать литературную среду вне профессиональных союзов и политических кланов.

Оппозиционной прессой Шаргунов подается как герой нашей вялотекущей гражданской войны. Что по сути дела далеко не так. Идя ва-банк, Шаргунов играл наверняка. Поскольку сам себе сдал все козыри. Как модератор секции, он должен был представить президенту мнения участников собрания, он же, в нарушение конвенции, использовал предоставленное слово, чтобы от имени русской литературы потребовать от президента целенаправленного вмешательства в ряд уголовных и гражданских дел, имеющих политическую подоплеку. Милосердие и справедливость – вещи безусловной важности. Большинство обывателей (и я среди них) считают тюремное заключение активистов протестного движения откровенным произволом, а деликатное обхождение с подследственными государственными служащими очевидным попустительством. Однако же, принимая приглашение обсудить на представительном форуме необходимые меры поддержки отечественной литературы, все стороны диалога тем самым брали на себя обязательство держаться согласованного регламента. Тот, кто требует от других честной игры, должен сам соблюдать установленные правила.

В контексте литературного собрания акция Шаргунова – вызов… но не режиму, а обществу. Вызов тем, кто имеет другие взгляды. Ибо любой из его идейных оппонентов, придерживающихся благонамеренных убеждений, получал моральное право от имени единомышленников высказать благодарность державному властелину за меры против святотатцев, иноземцев, мужеложцев и прочих сквернавцев. Ну и так далее…

Все. Приехали. С нарушением предварительных условий консенсуса поле словесности становится полем брани. Чего никто из наших публичных мыслителей и общественных деятелей не умеет и не хочет уметь – держать слово в рамках общей проблематики. Ибо вызывать на себя холодный огонь фотовспышек, чтобы погреться в лучах славы, гораздо выгоднее, чем брать на себя ответственность.

27 ноября. О каких-либо позитивных итогах литературного форума судить преждевременно. О негативных тем более… 

Хотя опасения, конечно же, возникают. Резонно предположить, что государство, вопреки заявленным намерениям, будет выстраивать отношения с литературой по своим параметрам. Благими намерениями… ну, все знают, какие у нас дороги. Инстинкт власти – гнуть все под себя. Как это у нас заведено издавна, правительство будет предлагать писателям поддержать его внутреннюю политику всеми художественными средствами. Но у каждого литератора будет свобода выбора – брать подряд или нет. Хочешь пройти в ферзи – трудись на власть. Хочешь дойти до сути – работай на совесть. Не стараясь вписаться в господствующий дискурс. Если тебе дали линованную бумагу, пиши поперек. ***)

28 ноября. Говоря о государстве, мы всегда вынуждены иметь в виду чиновничество. В СССР социальная структура выглядела следующим образом: бесклассовое общество и однопартийная система. В пореформенной России все стало ровно наоборот: многопартийная система и одноклассовое общество. 

Как помнится из школьных штудий, одним из основных признаков социального класса является общность интересов. Осознать, объединить и обеспечить свои интересы у нас сумело только одно сословие – государственные служащие. Сиречь чиновники. Все остальные или распределились по размытым потребительским стратам, или, как интеллигенция, так и остались социальными прослойками. В схоластике марксизма прослойка – это что-то вроде памперса… Дело интеллигенции, согласно партийной номенклатуре, – впитывать выделения идеологии.

29 ноября. По ходу собрания как бы само собой возникла мысль о создании Российского литературного общества – аналогичного Российскому историческому и Российскому географическому. Идея нашла понимание, но не обрела воплощения.

С одной стороны, давно пора бы! А с другой – так оно же давно у нас есть! Российское литературное общество составляют не столько книжники, сколько книгочеи.

Те, кто страстно любят книги, составляют, сами того не зная, единственное тайное общество, соответствующее личности каждого его члена. Их объединяет интерес ко всему на свете, пусть даже они не встречаются. Их выбор не совпадает ни с выбором издателей, то есть рынка, ни с выбором преподавателей, то есть правил, ни с выбором историков, то есть власти. Они не уважают чужие вкусы. Они селятся скорее в щелях и складках общества, предпочитая одиночество, забвение, границу времен, пламенные чувства, затаенные пространства…

Они и сами складываются в библиотеку коротких, но многочисленных жизней. Они читают друг друга в тишине, в укромном уголке своих библиотек, пока воины с грохотом убивают друг друга на полях сражений, а торговцы с гоготом пожирают друг друга на площадях городов…****)

Я думаю про себя, что и сам такой: в большей степени читатель, чем писатель…

30 ноября. Среди прочих случившихся на форуме странностей и несуразностей одна особенно обратила на себя общее внимание. В ответ на беспокойство о сидельцах за правду, среди которых есть и творческие люди, Дмитрий Достоевский, прямой потомок великого писателя, сидя одесную гаранта Конституции, взял слово и сказал, обратив речь к залу, а лицо к президенту, что каторга – серьезное горнило; именно тюрьма, очистив душу страданием, сделала Достоевского писателем всемирно-исторического значения; так что если нынешние литераторы пройдут часть своего жизненного пути по этапу, может, от них будет больше толку…

Это заявление вызвало оживление в зале. С чего бы? Может, устами потомка глаголет истина… Если власть не станет поддерживать литературу, то пусть тогда начнет репрессировать литераторов! Чтобы вернуть общественный интерес к родной словесности, современные авторы должны быть или в чести, или в несчастье. Все лучше, чем казенное безразличие к жизни слова. Постыдное равнодушие властей предержащих к добру и злу с точки зрения вечности большее преступление, чем целенаправленное преследование инакомыслящих деятелей культуры. Может быть, чтобы вывести народ из нравственного ступора, нужно, чтобы кто-то снова был умучен за слово истины и дело чести? Может быть, снова кому-то должно пострадать для пользы общего дела?

(На всякий случай, при отборе кандидатур для внесения в проскрипционные списки заранее заявляю самоотвод: на роль культурного героя или священной жертвы я совершенно не гожусь; есть куда более достойные.)

1 декабря. Впрочем, пока что писателям незачем беспокоиться на свой счет. Обращение президента к литераторам, собравшимися на форум, обнадеживает: по ходу разговора Путин называл всех коллегами. (Вспомнилось, что Ленин в анкетах в графе профессия писал – литератор.) Признаться, я не вполне понимаю, почему Владимир Владимирович причислил себя к писательскому сословию… Но охотно принимаю это доверительное отношение и при случае обязательно вверну, – когда мы с коллегами, Владимиром Путиным и Владимиром Толстым, обсуждали судьбы русского слова…

*) Маргерит Юрсенар «Лики истории в ”Historia Augusta”».

**) Рышард Капущинский «Империя».

***) Хуан Рамон Хименес «Этика эстетики».

****) Паскаль Киньяр «Тайная жизнь».

Владимир Ермаков 

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям