Орелстрой
Свежий номер №32(1236) 13 сентября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Память

Орловские губернаторы: тревожное пятидесятилетие

30.11.2012

«ОВ» продолжает рубрику «Взгляд в прошлое», в которой рассказывает о представителях высшего эшелона власти, генерал-губернаторах, губернаторах и прочих наместниках, оставивших свой след в истории Орловской губернии. В этом номере мы начинаем рассказ о том, чем ознаменовались вторые пятьдесят лет со дня образования Орловской губернии. О борьбе губернаторов с холерой и пожарами, а также новом витке губернского строительства, как сейчас принято говорить, культурных объектов, читайте в новом исследовании нашего корреспондента.

Не справился с возложенной задачей

В одном из прошлых номеров «ОВ» рассказал о периоде правления орловского гражданского губернатора Николая Шредера. На этом поприще деятельного политика, оставившего немалый след в истории нашего края, сменил воронежский дворянин Петр Сонцов (в некоторых документах встречается написание фамилии как Сонцев. – Прим. ред.).

Прежде чем стать орловским гражданским губернатором, Петр Александрович занимал аналогичную должность в Воронежской губернии. За усердную службу он даже был награжден орденом Святой Анны I степени, одной из высших наград Российской империи.

Сонцов был назначен орловским гражданским губернатором 17 февраля 1824 года. Однако служба на Орловщине чиновнику не давалась. Сохранилось множество документов, свидетельствующих об упущениях в его деятельности. Так, в 1826 году он не смог организовать сбор в казну податей и недоимок, а в феврале 1828 года получил «строгое замечание» за недобор рекрутов. Кроме того, на губернатора поступало много жалоб, которые разбирались в Правительствующем сенате. 

Единственное, в чем отличился Сонцов, было «устройство дорог» губернии. Но даже это его достижение признавалось современниками довольно спорным.  Так, после увольнения с должности 44-летнего губернатора в апреле 1830 года комиссия МВД расследовала жалобу о растрате денег при постройке мостовых в Орле. Однако обвинения в отношении экс-губернатора были признаны необоснованными.

Эпидемия холеры

В июне 1830 года Россию атаковала страшная напасть – эпидемия холеры. Аркадий Кочубей – новый орловский гражданский губернатор – совершает в это время поездку по губернии и проводит ревизию в уездах. Он же возглавляет комитет, образованный для принятия мер «к пресечению распространения холеры», дошедшей к тому времени уже до Московской губернии.

По распоряжению губернатора под Орлом установлены кордоны, «где надлежит производить окуривание проезжающих и проходящих из мест, где свирепствовала холера». В Орле создаются три временные больницы, каждая на десять кроватей. Расходы на эти цели не были предусмотрены в губернской казне, поэтому Кочубей призывает купечество и все другие сословия к добровольным пожертвованиям. Губернатор также упрекает городскую думу в «скудности усердия в деле столь важном».

Чтобы не допустить эпидемии, на границе с Курской губернией учреждается «обсервационная заставка для выдержания 14-дневного карантина». В общей сложности пришлось «оцепить карантинами губернию на 700 верст в окружности».

Но, несмотря на все меры предосторожности, в 1831 году первые заболевшие на Орловщине все же появились. Тогда пик эпидемии в других губерниях прошел и внимание центральных властей к этой проблеме было ослаблено.

В результате, как вспоминает в своих «Записках» Кочубей, «никаких санитарных мер правительством принято не было. Не было дано на этот случай ни предписаний, ни средств на то, чтобы строить больницы». Для предупреждения «заразы» в губернии уменьшили лишь число заключенных. «С целью оказания скорейшей помощи заболевшим» всем медицинским работникам выделили конные дрожки. Расходы на переезды оплачивались городской казной.

Течение эпидемии осложнилось тем, что «жители по какому-то непонятному предубеждению» не прибегали к помощи врачей и лечились домашними средствами. Всего в губернии было организовано шесть больниц с бесплатным лечением и содержанием. Были избраны «комиссары» из числа жителей – по одному на каждые сто домов. Они ежедневно по утрам обходили свой участок и доставляли заболевших в больницы. Окончательно с холерой удалось справиться только к концу ноября 1848 года.

Продолжая дело Шредера 

В 1837 году орловским гражданским губернатором назначен потомок древнего дворянского рода Николай Васильчиков. Именно он возобновил работы по благоустройству городского сада в Орле, начатые еще Николаем Шредером в 1823 году. Сад расширили, на средней площадке обустроили беседки, на лужайке, вдававшейся в сад полукружием, была замощена камнем мостовая. На ней в праздничные дни ставили качели, а проезжающие артисты устраивали балаганы.

В 1839 году Орел посетил директор Императорского московского общества сельского хозяйства Маслов. Он оценил публичный сад, отметив, что место это «содержится как лучшие московские бульвары, здесь множество прекрасных цветов, дорожки вымощены и укатаны, кустарники и деревья разнасажены со вкусом». В общем, такой бы сад и в столице был хорош.

В этом же году в городском саду начинается строительство первого городского общественного театра из материалов деревянного театрального здания графа Каменского.

Так как средств было недостаточно, на эти нужды щедро жертвовали дворяне и купечество.

Кроме этого Васильчиков пожелал, чтобы и сами представления, даваемые в театре, «постепенно доводимы были бы до всевозможного совершенства и изящества, чтобы публика находила то удовольствие, которое она вправе ожидать за платимые ею деньги».

Театральный сезон открылся 17 апреля 1840 года спектаклем в пользу бедных. В этот же период губернатор повелевает устроить в Орле ярмарки: хлебную, лесную и пеньковую. 

К сожалению, театр просуществовал недолго. Летом 1841 года он сгорел. Пожары в те годы были большим бедствием для Орловской губернии вообще и Орла в частности.

Орел в огне

Так, 21 июня 1841 года в губернском центре произошел один из крупнейших пожаров. Он начался на Болховской улице (сейчас Ленинская) при сильном ветре. «Объялся пламенем весь квартал, в котором находились дома дворянства и депутатского собрания, театр, губернское правление, казенная палата, канцелярия губернатора и прокурора, почтовая контора…». Пожаром было истреблено большое количество частных домов, а «многие из жителей Орла доведены до самого несчастного положения».

По просьбе Васильчикова царь выделил значительные средства для пострадавших, которые выдавались «беднейшим погорельцам без возврата, а прочим под верное обеспечение на 12 лет без процентов, с уплатой через три года по равной части»...

Случались сильнейшие пожары и во время правления первого военного губернатора Петра Трубецкого (1841 – 1849 гг.). В 1843 году снова загорелась улица Болховская. Так как в то время более двух недель стояла жаркая и сухая погода, огонь быстро перекинулся на другие части города. Сгорели также Введенский девичий монастырь и 36 частных домов. В 1847 году выгорел Гостиный двор, в котором находилось 155 лавок.

Особенно часто случались пожары в 1848 году. Главный ущерб причинил огонь 26 мая. Он занялся на Бодискиной горе (спуск к Орлику с улицы Горького) и так быстро распространялся, что «жителям оставалось только спасать себя и детей». Пожар перекинулся во вторую часть города и виден был более чем за 40 верст от города. Сгорело 1337 деревянных и каменных домов, погибло восемь человек, уничтожено 80 тысяч четвертей хлеба и 100 тысяч пудов пеньки. От пожара пострадали четыре церкви. Сообщалось, что большая часть города выгорела дотла, а общий ущерб вылился в астрономическую по тем временам сумму – более 3 миллионов 700 тысяч рублей.

Трубецкой лично возглавил расследование по этому делу. Вскоре была раскрыта группа из восьми поджигателей. Приговор для них был суров и жесток (но жертвы пожаров его одобрили): подсудимых следует «прогнать сквозь тысячу человек шесть раз на самом месте преступления в полдень, а буде останутся живы, то по выздоровлению, заковав, отправить в Сибирь на каторгу». От наказания губернатор освободил только двух подсудимых, которым не исполнилось и 17 лет.

Очевидцы исполнения приговора рассказывали, что «когда наказывали поджигателей, губернатор просил «не жалеть злодеев».  Солдаты били их изо всей мочи. Кто из них бил тихо, того после самого били дома…»  

Продолжение в одном из ближайших номеров «ОВ».    

 Виталия Плахова

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям