Орелстрой
Свежий номер №24(1228) 19 июля 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Взгляд в прошлое

Как профессора из Парижа генеалогия на Орловщину привела

04.05.2017
 Жил-был в России в конце 80-х годов XX века один ученый. Звали его Владимир Векслер. Окончил он в свое время медицинский институт и работал в Москве во всесоюзном кардиоцентре. В те времена это учреждение имело много научных контрактов в разных странах, и у Владимира Векслера начинался совместный проект с французскими учеными, которые в 1991 году пригласили российского коллегу поработать год во Франции. Работа у 39-летнего кандидата медицинских наук шла успешно, но в это время «рухнул» СССР и закончился контракт.
 
Из университета Париж-Юг XI
В новой России новаторские подходы Владимира Векслера к изучению механизмов развития сердечных заболеваний оказались невостребованными, финансирование его проектов в нашей стране прекратилось: не до науки было. Тут-то французы и помогли российскому ученому и его семье остаться во Франции, где специалистов из СССР всегда ценили высоко. Помочь-то помогли, но пришлось научную карьеру начинать буквально «с нуля»: его взяли ассистентом преподавателя, затем он прошел конкурс на лектора. И только через три года Векслер сдал очередные экзамены и получил место профессора университета Paris-Sud (Париж-Юг XI – один из лучших французских университетов, специализирующихся на точных науках), где в настоящее время заведует кафедрой физиологии на факультете фармации. И не только преподает, но и продолжает научную деятельность в своей лаборатории. Часто ездит в зарубежные командировки.
Живет он в пригороде Парижа уже 25 лет – с женой, дочкой (которая за эти годы успела вырасти, получить образование и выйти замуж) и 93-летней мамой. Уехав из СССР четверть века назад, Владимир Векслер уже достаточно глубоко изучил французскую культуру и образ жизни французов. Но не потерял он за эти годы связи с Россией. Дочь училась в обычной французской школе, но параллельно ходила и в школу при российском посольстве, чтобы не забывать русский. Выйдя замуж и родив дочь (внучку Владимира Векслера), она старается с ней дома говорить только по-русски.
После переезда во Францию Векслер познакомился с потомками многих русских эмигрантов, которые живут во Франции и по сей день. Особенно хорошими знакомыми Векслеров стали Никита Струве и князь Николай Лопухин – представители известных российских дворянских родов. Дочери Векслера и Лопухина учились в одном классе французской школы. И, наконец, крепко сцементировало отношения Векслера с Россией его желание как можно больше и лучше узнать свою родословную.
Не имея возможности работать в российских архивах, главным источником получения информации по своим корням он сделал Интернет. С его помощью по электронной почте заказывает Владимир Векслер копии нужных документов и постоянно «шерстит» разные сайты в поисках нужных сведений.
Из окружения Александра Пушкина
Вот так однажды в конце 2016 года и вышел он на сайт «Мастера» Покровского районного клуба творческих личностей (http://klub-mastera.narod.ru), админом которого являюсь я.
«Натолкнулся в Интернете на Ваши интереснейшие материалы по землевладениям Орловской губернии (далее следовала ссылка на конкретный материал. – Прим. авт.). Во-первых, хотел бы Вас поблагодарить за очень важную и полезную работу. Без Ваших исследований столько интересной информации фактически остается недоступной для исследователей – ведь далеко не всем удается работать в орловском архиве.
Во-вторых, хочу сказать, что меня в Ваших материалах заинтересовал один частный вопрос. Уже довольно долго я пытался найти родственные связи между двумя фамилиями – Курбатовыми и Масловыми – во второй половине XVIII – первой половине XIX века. Причины этого моего интереса находятся в моей семейной истории (просто в кратком письме это изложить трудно), но и не только. Например, в известном письме Василия Львовича Пушкина к Петру Андреевичу Вяземскому 1829 года есть строки: «Дочь Варвары Марковны Мертваго идет замуж. На ней женится соученик моего племянника Маслов, двоюродный брат Курбатова».
«Племянник» – это Александр Сергеевич Пушкин, Маслов – лицеист Дмитрий Николаевич Маслов, товарищ Пушкина. Однако какой Курбатов имеется в виду? До сих пор все публикации пушкинистов не смогли атрибутировать этого человека. У Масловых неизвестно никакого кузена Курбатова; также у московского семейства Курбатовых не было известно никакого двоюродного брата Маслова.
И вот в Вашей публикации впервые прослеживается связь между этими двумя семействами. Сельцом Ильинским Малоархангельского уезда (в 1782 году. – Прим. авт.) владеют одновременно действительный статский советник Петр Петрович Курбатов (дед директора типографии Московского университета) и семья поручика Никифора Маслова (брата деда того самого «соученика» Александра Пушкина). Вполне может быть, что совладельцы сельца Ильинского находятся между собой в родстве. Если бы удалось определить степень этого родства, многое бы прояснилось.
В связи с этим хотел бы спросить Вас, нет ли в Ваших материалах каких-либо указаний на родство совладельцев Ильинского? Буду очень Вам благодарен за ответ. Всего Вам доброго, и с наступающими праздниками. Владимир Векслер. Париж».
Честно говоря, не предполагал я, что списки землевладельцев Орловского уезда, составленные мною по ревизским сказкам 1782 года (четвертая ревизия податного населения Российской империи) и выставленные на сайте «Мастера», могут заинтересовать кого-то в далекой Франции. Но это произошло. Мне было очень приятно, что кропотливый труд не только не пропал даром, но подтолкнул кардиолога из Парижа Векслера к новым мыслям и поискам, которые – и это еще более лестно – имеют прямое отношение к окружению Александра Сергеевича Пушкина и Орловщине.
Так начиналась продолжающаяся до настоящего времени наша переписка, в самом начале которой я пообещал профессору свою помощь. Для этого пришлось вновь вернуться к изучению ревизских сказок помещичьих крестьян и дворовых людей Орловского уезда за 1782 год (ГАОО, ф. 760, оп. 1, ед. хр. 380). Только на этот раз я искал уже конкретные фамилии и всю имеющуюся информацию по ним. Поиск оказался удачным. На листах 533–554 сказок я обнаружил нужные владения.
Разгаданная загадка
«1782 году… вотчины действительного статского советника Петра Петровича Курбатова и детей его, надворного советника Александра и гвардии Преображенского полку сержанта Дмитрея Курбатовых, Орловского наместничества Малоархангельской округи сельца Ильинского служитель Тимофей Дмитриев по силе состоявшегося 1781 года ноября 16 дня Ея Императорского Величества к народу публикованному манифеста… господ моих сельце Ильинском по последней 1763 года ревизии в подушном окладе людех и крестьянех, бывших за женой означенного господина моего Петра Петровича Курбатова Маврой Анисимовной, кои ныне достались означенным господам моим по наследству с показанием из того числа разными случаями убылых и после ревизии вновь рожденных прибылых…».
И рядом: «1782 году… дня вотчины господина порутчика Никифора Анисимовича Маслова, жены его, вдовы Настасьи Алексеевой с дочерью ее, девицей Аграфеной Никифоровой, Орловского наместничества Малоархангельской округи Тачуковского стана сельца Ильинского выборной Антип Васильев по силе… с ведома госпожи своей дал сию сказку о положенных в нижеписанном году моих сельце по последней 1763 года ревизии в подушном окладе людех и крестьянех с показанием…».
Исходя из двух записей, я сделал вывод, что «господин порутчик Никифор Анисимович Маслов» имел родную сестру, Мавру Анисимовну, которая была замужем за действительным статским советником Петром Петровичем Курбатовым. А их дети, естественно, были двоюродными. Вот такое родство обнаружилось между Курбатовыми и Масловыми (кстати, эти Масловы никакого отношения к «лакеям трех императоров», о которых я писал в очерке от 5 апреля, не имеют).
О сделанном открытии я сообщил Владимиру Векслеру в Париж. Он ответил сразу же: «Уважаемый Александр! Хочу поблагодарить Вас за Вашу находку. Видите, теперь можно и атрибутировать фигурантов письма Василия Львовича Пушкина к кн. Вяземскому, может быть, поэтому пушкинисты не смогли этого сделать раньше, что В.Л. Пушкин неточен, речь идет не о двоюродном, а о троюродном брате. С другой стороны, это показывает, что В.Л. Пушкин был в курсе этого родства, хоть и далекого, интересно было бы потом выяснить, откуда такие знания. Возможно, потому что П.А. Курбатов, внук упоминаемого Вами П.П. Курбатова, был в одной масонской ложе с В.Л. Пушкиным. В общем, есть интересные пути для исследования».
Вот так легко и быстро были найдены данные о персонах из окружения русского поэта. А спустя несколько дней мне удалось найти сведения и еще об одном Маслове – Александре Анисимовиче, родном брате вышеупомянутого Никифора и – одновременно – деде Дмитрия Николаевича Маслова, соученике Пушкина по Царскосельскому лицею. Александр Анисимович Маслов тоже был помещиком Орловского уезда и владел вместе с женой сельцом Быстрик со 118 душами крепостных крестьян.
А какое отношение орловские помещики Масловы и Курбатовы (вместе с Пушкиными) имели к предкам профессора из Парижа Владимира Векслера, читайте в следующем очерке.
Александр Полынкин

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям