Орелстрой
Свежий номер №36(1240) 11 октября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Неформат

Некстати

03.03.2017
Меланхолический дивертисмент. Дивертисмент – музыкальное сочинение, составленное из небольших несложных пьес.
 
Лекарство от меланхолии
К концу зимы, угнетающей флору и фауну медленным ходом холодных дней, в перезимовавших организмах истощается ресурс жизнестойкости. Медведь, спящий в заснеженной берлоге, наверное, уже обсосал лапу вплоть до запястья. Мрачные грачи, обсевшие остов дерева, непрестанно орут друг на друга, срывая злость. И знакомые уличные собаки стали нервными и вздорными; не то что на подначки – на подачки неприязненно огрызаются. Да что далеко ходить – стоит посмотреть в зеркало… боже, какой я стал серый и смурной! Да и другие, как поглядишь… не лучше.
Осадки повседневной досады, отложившиеся на душе, слеживаются в депрессивный пласт. Что можно сказать по этому поводу? … что ни скажешь, все не так. В формат рассуждения собираются разрозненные фрагменты – циничные афоризмы и мрачные сарказмы; неровный ряд необязательных высказываний в тональности ре-минор: не вдохновенная рапсодия, а меланхолический дивертисмент.
Тому, кто нуждается в оправдании пасмурного настроения, следует придать физиологической апатии характер экзистенциальной позиции – и таким образом наделить ее нравственной респектабельностью. Если поскрести по сусекам скорбного разума, можно набрать достаточно здравого смысла, чтобы хватило худо-бедно дожить до лучших дней. Чем себя занять, скучая от никчемности? Как советовал в сходном случае Пушкин –
 
Сиди под кровлею пустынной,
Читай… (что в тренде в этот год)
Не хочешь? – поверяй расход,
Сердись иль пей, и вечер длинный
Кой-как пройдет, а завтра тож,
И славно зиму проведешь.
 
Вот старинный рецепт от меланхолии, много раз проверенный на себе: в случае разлития черной желчи надо принимать все как есть, не принимая ничего близко к сердцу, – и так, со знанием житейского дела, переформатировать опасную тоску в обыденную скуку. Следуй этому завету – и славно зиму проведешь. Да и много ли той зимы? – полгода, не больше…
Весеннее настроение
Ну вот, уже и весна на носу!.. на вздернутом детском носике, из которого течет светлая сопелька; закутанный по-зимнему малыш зевает и улыбается счастливой маме… Солнечный жар вгоняет в испарину, а зябкий ветер пробирает до озноба… Отогревшиеся стволы деревьев освобождаются от оцепенения, потягиваясь так энергично, что ветки трепещут от нарастающего внутреннего напряжения… Птицы всех калибров суетливо перелетают с дерева на дерево, выискивая местечко получше – поближе к началу весны: не прозевать бы…
И человеческие существа, томимые темными инстинктами, тревожатся бессодержательными предчувствиями, – не столько осознавая, сколько ощущая свою кровную связь с сакральными таинствами биосферного цикла. Зимняя депрессия на радость психиатрам сменяется весенней неврастенией. В сердце, настроенном по камертону календаря, как будто лихорадка: то неверная надежда, то неясная тревога. О эта почти мистическая сладостная тоска, о которой так проникновенно написал Давид Самойлов: О март-апрель, какие слезы! О чем ты плачешь? Что с тобой? А черт его знает… наверное, весеннее обострение шестого чувства.
О весна без конца и без края! О эти ночи, пронизанные маленькими ночными серенадами в исполнении дворовых котов! С половозрелыми особями человеческого рода тоже что-то не так. Природа берет свое… культура придерживает разгул основного инстинкта и присматривает, чтобы природа не прихватила лишку.
Впрочем, зима пока что не сдала свои позиции в наших палестинах. Еще, глядишь, задаст холоду старая ведьма, еще вдосталь покуражится напоследок, вдоволь погуляет по морозному простору, распустив по ветру седые космы снежных вихрей…
Об эффективном менеджменте
Профессиональное умение из всякого дела извлекать скрытую выгоду называется эффективным менеджментом. На эту тему есть замечательный анекдот…
В маленьком городке один еврей торговал вразнос вареными яйцами: покупал за полста рублей десяток, варил в котле и продавал по пятерке за штуку. Соседи не знали, что думать по этому поводу. Наконец к нему пришел раввин: – Наум, не своди людей с ума! скажи, что ты с этого имеешь? – Ну как же, ребе… во-первых, мне остается бульон; во-вторых, я при деле.
Такая вот хохма. Но, кроме смеха, в ней есть смысл. Что же все-таки имел персонаж анекдота? Если толковать по понятиям – навар и пиар: два основных момента всякого бизнес-плана. Так что в наши дни этот шлимазл мог бы стать менеджером: организовать производство патентованного продукта, не имеющего аналогов в мире, – диетического яичного бульона, содержащего полезный для организма активный кальций. Чтобы поставить дело, ему всего лишь надо было бы (при посредстве заинтересованных чиновников) выиграть грант на развитие производственной базы и тендер на поставку фирменного продукта в бюджетные учреждения системы здравоохранения, образования и социального обеспечения.
Не знаю, что сказал бы по поводу этого сюжета системный аналитик, но я вижу в нем нечто общее с тем, что вижу вокруг. Разве деловая жизнь в наших палестинах построена не по тому же принципу? – вроде как все при делах, и (стараниями администрации) инвестиции в развитие региона возрастают, – однако позитивный смысл от оборота затраченных средств подобен мутной воде, в которой варились яйца: если провести ее в меню как бульон, желудок наполнишь, но сыт не будешь.
Соблазн нигилизма
От Ромула до наших дней кредо честолюбия выражается крылатым латинским выражением – aut Caesar, aut nihil (или Цезарь, или ничто). Или, как ставят вопрос маленькие люди с большими претензиями: все или ничего. Ежу ясно, что всего на всех не хватает. Подавляющему большинству соискателей успеха достается именно «нихиль»; попросту говоря, ни хрена им не достается, кроме ресентимента – злобной зависти к тем, кому повезло в естественном отборе претендентов на лучшее место в жизни.
Из зловредного словечка nihil как из вербального семечка выросла негативная идеология, названная нигилизмом. Все, что есть, если презреть его всеми фибрами души, возможно предать уничижению. По ходу прогресса магическое очарование ничтожности становилось умозрительным соблазном сумеречного сознания. Не придавая значения ничему, что не входит в сферу его непосредственного интереса, нигилист подвергает дискредитирующему дискурсу все, что составляет идейную среду его обитания. Ползучая агрессия нигилизма – предвзятая ревизия системы ценностей: все, что самонадеянному индивиду непонятно или недоступно, подлежит осуждению и отчуждению.
Согласно базовой установке теизма, Бог создал все из ничего, а в цепной реакции нигилизма, направленной во зло, происходит обратный процесс: все, сущее в мире, в процессе распада сокровенной сущности обращается в ничто. Отрицательное местоимение nihil, черная метка мертвого языка, в эпистемологической системе евклидова разума стало коэффициентом энтропии. Я над всем, что сделано, ставлю ‘nihil’ – эпатировал публику поэт Владимир Маяковский, скандальный автор «Облака в штанах». Надо же – надо всем! По ассоциации вспоминается прение моралиста с пофигистом. – Неужто вам на самом деле все по фигу?! – Буквально все. – И родина? – И родина! – И работа? – И работа! – И зарплата? – Ну нет, зарплата мне не по фигу! – Ага! – торжествует моралист, – в ваших убеждениях нет логики! – А логика мне по фигу, – говорит пофигист. Моралисту остается только развести руками… По методике этого диалога отформатирована практика современного ораторского мастерства – публичная перебранка в формате ток-шоу.
Однако нет, наверное, такого помрачения, в глубине которого не брезжил бы призрачный свет. О, это коренное противоречие сумеречного сознания! – разум полагается на факты, которые рассудок подгоняет под утвержденные стандарты, а душа надеется на чудо… даже пропащая душа атеиста, которая не верит в свое существование. Самый знаменитый из литературных образов русского нигилизма, вздорный доктор Евгений Базаров, перерезавший из любознательности множество лягушек, видимо, подсознательно надеялся на то, что одна из них однажды улыбнется ему и скажет: не режь меня, добрый молодец, я тебе еще пригожусь… Наверное, поэтому до конца своей незадавшейся жизни он так и не женился… ждал любви как волшебства.
Нигилисты радикального склада, исчерпавшие свои житейские обстоятельства, составляют идейный потенциал цветных революций; в критические дни массовых волнений, оказавшись в тренде, они подпитывают черной желчью протестные настроения активных энтузиастов, у которых воображения больше, чем соображения. Хуже фарисейского критицизма, провоцирующего безответственность, только лицемерный карьеризм, рядящийся в белые одежды благонамеренности; нигилизм такого рода становится ментальной основой партии власти, – как бы она ни называлась в разные времена. Выродившийся вид идейного нигилизма – обыденный пофигизм: голый интерес, лишенный всякой респектабельности, – разве что для приличия прикрывающий свой срам базаровским лопухом.
Мастерство недеяния
Зачином этого фрагмента стал проходной комментарий к дежурному репортажу местного телевидения о проблемах ЖКХ; как подытожила материал ведущая передачи, бездействие управляющих компаний еще больше усиливается…
Я поразился философской смелости этой мысли, проникающей в самое существо вопроса. Вдумайтесь только! – если в прежнее время сотрудники жилищно-коммунальных учреждений бездельничали инертно, то теперь, набравшись опыта, они бездействуют интенсивно. При этом эффективные менеджеры управляющих компаний, всеми правдами и неправдами избегая ответственности за состояние жилого фонда и дворовых территорий, неустанно заботятся о том, чтобы оплачивать свое возрастающее бездействие соответственно усилиям – по прогрессивной шкале вознаграждений. Следуя примеру высшего руководства. Система, однако…
Одним из самых сложных и важных положений даосской философии, давно занимающей мои мысли, является понятие недеяния, выраженное через методологический принцип у-вэй. Я понимаю эту философему так: подлинное недеяние суть непротивление бытию, то есть высокая технология сознательного существования. Чтобы не нарушить неосторожным действием неустойчивое равновесие добра и зла, всякое вмешательство в действительность должно быть по возможности минимизировано. Прежде всего, это предостережение касается тех, в чьих руках сосредоточена власть над действительностью.
Лао-цзы в трактате «Дао дэ цзин» утверждает следующее: – Когда правительство деятельно, народ становится несчастным. И далее: Кто действует, может потерпеть неудачу; вот почему совершенномудрый бездеятелен. Очевидно, наше правительство, состоящее из совершенномудрых, руководствуется теми же соображениями. Вероятно, перед назначением на ответственный пост каждый претендент проходит практикум по недеянию. Следуя утвержденному в качестве руководящей установки принципу у-вэй, наши администраторы достигают на своем поприще великого мастерства.
Суммируем вышесказанное. По всей вероятности, основанной на очевидности, в основу внутренней политики правительства и законодательной деятельности парламента положен приоритет запрета. Главное, чтобы самим ничего хорошего не делать, и другим не давать. Не прямо, так косвенно. Как в период становления номенклатурного самовластия сформулировал наказ чиновникам Виктор Черномырдин, – Будем отстаивать это, чтобы этого не допустить. Так с тех пор они и поступают, достигая совершенства в негласно согласованном саботаже. В результате ничего у нас просто так сделать нельзя – только окольным путем. А когда все делается через жопу, из всего выходит говно. Иногда высокотехнологичное, как в Сколково, а чаще обыкновенное, как… надо ли на него указывать? – оно и так у всех на виду.
В чем заключается риторическая хитрость, составляющая презумпцию административной мудрости? – в вербальной невнятности высказанного смысла; если какое-либо положение невозможно понять, его нельзя опровергнуть. Если систематизировать высказывания Виктора Черномырдина, получится компендиум окольного мышления, в котором ответственные руководители на всех уровнях власти могут находить неоспоримые аргументы в пользу неустанной бездеятельности. Вот, в качестве резюме, один из его афоризмов: Сегодня ничего, завтра ничего, а потом спохватились – и вчера, оказывается, ничего… Как говорится, без комментариев. Комментировать тут нечего. Допустим, что стратегию правительственного недеяния, если постараться, можно выразить лучше. Но лучше этого не делать. Следуя принципу у-вэй.
Владимир Ермаков

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям