Орелстрой
Свежий номер №14(1218) 26 апреля 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Неформат

Некстати

01.07.2016

Розные фрагменты – спорные суждения. О (в) жанре фрагмента. В литературной работе не бывает так, чтобы все намерения находили свое окончательное решение в текстах, определившихся с жанровой принадлежностью. Часто случается, что на нечто замышленное автору недостает разумения или не хватает воображения; в черновых набросках фразы обрываются по запятым, а мысли теряются на полпути от предпосылок к выводам. Что-то не складывается, что-то не сходится…

Если еретический отрывок зациклился на ключевой мысли и не желает вписываться в текст, – не стоит разрывать его по фразам, чтобы встроить в тему, – лучше обособить и оставить так случившимся. Пусть он сохраняет собственное значение, какое ни есть. Иногда, в рабочем порядке перебирая черновики, с удивлением обнаруживаешь, что некоторые отбракованные отрывки обладают самодостаточностью: по краям незавершенного фрагмента образуется особенное семантическое напряжение, которого лишены соразмерные абзацы, ставшие частью целого: недосказанность.

В творческом наследии классических авторов разрозненные записи представляют особый интерес. Особенный случай – «Опавшие листья» Василия Розанова. Маргинальный гений разобрал свое мировоззрение на отдельные детали – и не сумел собрать обратно. Представьте картину мира, отраженную в разбитом вдребезги зеркале – и вы увидите образ реальности, сложившийся в голове у великого еретика русской литературы. Если поэтике литературного отрывка нужно критическое оправдание, письменного свидетельства Розанова о важности незавершенного более чем достаточно.

Бегство от действительности

VI театральный фестиваль LUDI (Орел 2016) открывался спектаклем Липецкого драматического театра «Полковник-птица» по пьесе болгарского драматурга Христо Бойчева – мрачной притче о хронической ненормальности человеческого сообщества. Социально-психологический опыт, представленный в виде философского гротеска, склоняет к печальным выводам. Действие происходит на Балканах, в период военных действий, когда отдельные люди в частном порядке сходят с ума среди общего безумия.

Мессидж спектакля – предположение, что разруху в голове можно преодолеть, обустроив в руинах разума солдатскую казарму. По сюжету пьесы, в клинике для душевнобольных, забытой богом и людьми, душевный раздрай сводятся к одной idee fixe, навязанной безумным полковником всему личному составу больницы. Благодаря нерассуждающей муштре, дом сумасшедших в безумном мире становится форпостом нового порядка, обусловленного утопической надеждой.

В период системного кризиса лидерами общественного мнения становятся те, чья паранойя обладает большей последовательностью. В трагедии Шекспира это явление предугадано; проницательный царедворец Полоний говорит о нетрадиционном поведении принца Гамлета с неясной тревогой, – в его безумии есть своя система. Именно так. Поскольку все прогнило в Датском королевстве, Гамлет организовал ускоренный выход из кризисной ситуации; другое дело, что ничего хорошего из этого не вышло…

Из пьесы Христо Бойчева трудно вывести мораль. Выбирая из двух зол, в финале спектакля благоразумный доктор решается принять реальность, организованную сумасшедшим полковником на основе упорядоченной паранойи, – поскольку в ней больше смысла, чем в той, что человека в своем уме оставляет в безыдейной безнадежности. Если доктор прав, наименование вида homo sapiens следует признать недействительным.

О том же

Что есть умозаключение, если оно следует логическим путем из неверных предпосылок? – заключение ума в кандалы догмата. Хорошо темперированная паранойя уже не болезнь, а новая норма; дух времени проникается общим безумием. Так формируется тоталитарное общество: чтобы иметь общий смысл, мы обязаны верить в то, что он у нас есть! Методология проста: милитаризация общественного сознания как социальная психотерапия. Однако такое лечение опаснее болезни. Так в пьесе Христо Бойчева «Полковник-птица» (о смене режима власти в психиатрической клинике) сборная команда психопатов становится вооруженным подразделением безумцев.

О, благоразумная суровость казарменной жизни! Свод правил действует в сфере сознания как катализатор порядка вещей: дисциплина – панацея от всех заблуждений ума и слабостей тела! Медицине известно, что в экстремальных обстоятельствах мобилизация организма повышает иммунитет. Согласно статистике, на войне люди меньше болеют. Правда, смертность возрастает в разы.

К тому же

На открытии театрального фестиваля впереди меня в зрительном зале сидела девушка с айфоном (или айпадом? черт его знает…). Девушка увлеченно снимала на встроенный цифровой фотоаппарат отдельные мизансцены и вывешивала их на своей страничке в какой-то из социальных сетей. Так сказать, театр в режиме онлайн. Что занятно, она с большим интересом смотрела на экран своего гаджета, чем на сцену. Событие спектакля в контексте интернета казалось ей интереснее, чем вживе и въяве.

Актуализированный индивид, посредством интеллектуальных технологий интегрированный в общее коммуникативное пространство как элемент информационного общества, в окружающей действительности как бы обособляется – замыкается в виртуальной раковине, подобно мыслящему моллюску, погруженному в смутные грезы.

Реальность и действительность

Как полагают некоторые философы, реальность суть то, что мы договариваемся считать реальностью. Филипп Соллерс, один виднейших из теоретиков постмодернизма, формулирует это положение так: Само понятие реальности представляет собой условность, своего рода молчаливый договор между индивидом и его социальной группой. Что же такое в этом случае представляет из себя действительность? То, что возникает в результате перманентных нарушений конвенции всеми заинтересованными сторонами.

Мания величия

Сальвадор Дали, испанский сюрреалист, помешавшийся на славе, понял одно: чтобы получить мировое признание в этом безумном мире, мало быть ненормальным – надо стать сумасшедшим. Дали стал собой. И сказал о себе так: – С моим рождением миру пришлось потесниться, и еще вопрос – сможет ли он полностью вместить меня.

Велемир Хлебников, русский футурист, осознав свое ведущее значение в мире, назначил себя Председателем Земного Шара. Точнее, одним из 317 председателей, на которых возложена миссия восстановления предустановленной гармонии. Взять на себя всю полноту ответственности за будущее ему не позволила врожденная скромность.

Йоханнес Баадер, немецкий дадаист, не пожелал довольствоваться одной должностью. О, эта тевтонская страсть к экспансии! В 1943 году Баадер написал письмо другому претенденту на сверхчеловеческое величие, которое начиналось обращением – Дорогой Гитлер! – а завершалось так: Ваш старый друг Баадер, Главный утвердитель, Президент Земного шара и всей Вселенной, заведующий Мировым судом и прочая…

Мания величия может быть экзистенциальной позицией. Иногда – социальной стратегией. Чаще – психологической проблемой. В большинстве случаев гиперболизация себя обусловлена духовной недостаточностью. Или душевной болезнью. Каждый сходит с ума по-своему. И мотивация бегства от действительности никогда не очевидна.

Житейская установка

Среди разного рода выписок я как-то отыскал одну дивную идиому: три заповеди, способствующие и сопутствующие душевному покою, сформулированы с английской непреложностью и невозмутимостью, –

NOT TO HURRY

NOT TO CARRY

NOT TO WORRY

По-русски это будет примерно так: не торопиться – не надрываться – не тревожиться. Три базовых принципа безмятежности, выраженные просто и ясно. Странным образом британская народная мудрость теряет высокомерную настырность, присущую викторианским моральным прописям. Все так, и все же…

Насколько иначе мотивирована наша жизнь, понимаешь в сравнении. Если прописать житейское кредо мирного обывателя, обобщая навыки обыкновенного существования в реальном мире, главное отложится в три неписаных правила –

НЕ ДОВЕРЯТЬСЯ

НЕ ТОРОПИТЬСЯ

НЕ НАРЫВАТЬСЯ

Вроде бы то же самое, но… То, что у них высказывается как ироническая сентенция житейской искушенности, у нас выявляется со всей жизненной серьезностью. Коли зашел разговор за жизнь, шутки в сторону. Тот же тяжелый опыт трудной жизни жестко отжат в краткой редакции русской правды, утвержденной на зоне в ранге директивы, –

НЕ ВЕРЬ

НЕ БОЙСЯ

НЕ ПРОСИ

Эти постулаты не тезисы нравственной философии, а основные пункты экзистенциальной установки на выживание в неблагоприятной для жизни окружающей среде. Эта среда – другие люди. Такие, как мы с вами. Только еще хуже.

Место лишнего человека

Основная тема размышлений лишнего человека век от века одна и та же: куда податься в этом мире тому, кто не нашел в нем своего места? Буквально – некуда. Если взглянуть трезво, – что наша жизнь? Путь ниоткуда никуда. Ретроспектива подернута забвением, а перспектива теряется в сомнениях…

Когда я осознал свое место в мире, оно показалось мне слишком тесным. Однако чтобы расширить параметры собственного существования, нужно аннексировать часть жизненного пространства ближнего своего. А на это способен не каждый. Тому, кто не умеет жить широко, остаются два выхода из действительности – ввысь и вглубь.

Мысли вразброд – фразы вразброс

В литературной работе постоянно случается нечто невпопад; в голову, занятую замыслом, приходят посторонние мысли. Большей частью праздные, но иногда дельные. Отвлечение от темы, замечательное своей незаконченностью, порой интереснее обоснованного выражения, нашедшего завершение в тексте. Записные книжки известных авторов для ценителей словесности имеют особую прелесть, оставляя недоработанной фразе или незавершенной мысли открытую возможность находить свободное место в уме читателя.

- Бывает так: задумаешься, и не заметишь, что какая-то шальная мысль, не желая следовать к выводу, сворачивает в сторону и находит иной смысл, – и тогда становится понятно: не о том думал!

- Аскетика текста: если на страницу приходится один смысл/образ, который можно изложить в коротком абзаце, тратить на него целую страницу – непроизводительные расходы художественных средств.

- Пустословие – растрата речи, словоблудие – злоупотребление языком; то и другое – коррупция второй сигнальной системы.

- Всеми фибрами души (знать бы, что это такое) я чувствую, как в духе эпохи сгущается мертвый воздух; дышать им можно, но вдохновиться нельзя.

- Если окажется, что наше существование продолжается после смерти, атеисты будут сильно удивлены, а верующие страшно разочарованы – настолько та жизнь будет иной...

- Синтез банальности и претенциозности, характерный для бездарности, в актуальной культуре становится господствующим художественным методом.

- Философия состоит из постулатов, а мудрость из парадоксов: умный полагает, а мудрый постигает; ученый знает, а праведный ведает.

- Эрудированность – суррогат мудрости; благоразумие – эрзац здравомыслия; настоящее проявляет себя непосредственным образом.

- Подозрительность суть умозрительная паранойя; недоверчивость – мудрость дураков.

- Магический круг психологического эгоцентризма: в эпицентре скандала каждая мегера воображает себя фурией.

- В ногах правды нет, но нет ее и выше – в головах утверждается авторитарная власть ложных мнений; иначе говоря – голова дурная ногам покоя не дает.

- Читать: переживать чужую заботу, отпечатавшуюся в тексте, как собственную.

Владимир Ермаков

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям