ПАО "ОРЕЛСТРОЙ"
Свежий номер №23 (1270) 18 июля 2018 гИздавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Неформат

Некстати

07.07.2018
В веселом и нежном свете бессистемные записи. Человек, наделенный чувством юмора, ведет обычную жизнь, даже самую невыразительную, в новом – веселом и нежном – свете; для него все сущее имеет обаяние и смысл.
Томас Карлейль «Герои».
 
Расслабившись в кресле перед телевизором, который показывает местные новости, рассеянно размышляю на тему неполного соответствия информационного контента окружающей действительности. В репортажах и комментариях наша жизнь представлена односторонне. Вот, к примеру, много говорится о дорогах. Но ведь давно известно, что в России две беды – дороги и дураки; почему же тогда дорогам уделяется столько внимания, а о дураках и речи нет? В то время как именно от них так часто зависит качество нашей жизни, включая состояние дорог. Не зря же в русских сказках, средоточии народной мудрости, дурак был главным действующим лицом…
Если подыскивать определения дураку, среди них может быть и такое: дурак – лицо нетрадиционной эпистемологической ориентации. То есть тот, кто думает иначе, чем прочие. А разве большинство из нас совпадает в своих мнениях с большинством других? Вот и хотелось бы поговорить о наших дурачествах. Освещая тему в веселом и нежном свете, как это умели делать великие комедиографы прошлого. Как это делает в наши дни великий клоун Слава Полунин, славный уроженец нашего края, президент Академии дураков. Я человек не слишком тщеславный, но, ей-богу, хотелось бы стать членом-корреспондентом этого замечательного института гражданского общества, внушающего оптимизм относительно человеческой природы.
*  *  *
Смех часто является хорошим выходом из плохого положения. Об антропологическом значении чувства юмора замечательно сказал Станислав Ежи Лец: Когда обезьяна засмеялась над своим отражением в воде, родился человек. Чтобы, глядя вокруг себя, не впасть в уныние, надо учиться видеть во всем забавную сторону. Во всем, что делается, и во всех, кто над этим трудится – до себя включительно. Боже! каким же дураком я порой выгляжу – с точки зрения критического разума... Одно утешительно: люди слишком поглощены своими глупостями, чтобы занимать свои мысли чужими.
*  *  *
Умный знает, как надо жить… но получается у него не очень. Потому что для житейского дела одного ума мало.
Образованный недоумок полагает себя уже умным, и потому по жизни выходит идиотом. А природный дурак живет, как вздумается – и неплохо живет; что другому в лом, ему в кайф. Умного бог испытывает, а дурака хранит. Недаром дурак, свободный от нравственной ответственности за дурость, носит в народе почетное звание олух царя небесного. Самое привлекательное в этом статусе, что для его получения не надо стараться.
Не знаю, как другие, а я всю жизнь мечтал о том, чтобы хорошее со мной случалось само собой. Сущий дурак, право…
*  *  *
Каждому, кто хоть что-то делает по своему разумению, приходится сталкиваться с критикой. При всем разнообразии претензий упреки можно разделить на два типа: 1) ты чего умничаешь? 2) ты чего придуриваешься? В первом случае критический посыл работает как прессинг, а во втором – как допинг. Было, что и меня корили – то так, то этак; в обоих случаях я оправдывался тем, что отроду такой.
*  *  *
Не то чтобы с каждым днем я становился умнее, но сегодня я понимаю, каким дураком был вчера. Я не корю себя за то, что заблуждался на свой счет, и не верю в то, что теперь все про себя знаю. Мир меняется, и трудно попасть в резонанс переменам. Но и не признавать происходящее смешно и глупо. В чем я твердо убежден – твердые убеждения свойственны недалеким людям. Мудр не тот, кто не сделает глупости, а тот, кто не упорствует в дурости. Попасть в дурацкое положение может каждый; вопрос в том, как из него выбраться. Чтобы не остаться в дураках, надо трезво оценивать свои умственные возможности…
В записных книжках Сэмюэля Батлера обнаружил близкую по духу запись: Добился я немногого, но надежд и в молодости, и в зрелости подавал еще меньше. Примерил к себе – пришлось впору. Подбирая судьбу по себе, я стал литератором. Однако положение профессионала в сфере словесности, откровенно говоря, весьма двусмысленное; в том, чтобы позиционировать себя в статусе писателя, есть нечто претенциозное. Мою участь облегчает то, что у моего авторитета ограниченная сфера признания. Мне невместно равняться с коллегами, увенчанными лаврами – они люди значительные: державность поддерживают и духовность производят; а я что? – слагаю несовременные стихи и излагаю несвоевременные мысли, всего лишь…
Кстати, о мыслях: говорят, дурак думкою богатеет. Если так, может, и у меня еще есть шанс повысить свой жизненный уровень.
 
*  *  *
Расслабившись в кресле перед телевизором (бестолковое ток-шоу) и находясь под впечатлением от ужина (свиная отбивная), размышляю об отношении формы к содержанию. Как часто в нашей жизни имидж не соответствует мессиджу! Взять хотя бы участников дискуссии… Нет, лучше не надо; греха не оберешься. Для примера лучше взять свинью, чья плоть служит нашему чревоугодию: красоты в ней никакой, а на вкус очень даже хороша. Как обманчива порой бывает видимость!
Пребывая в довольстве свиной отбивной и самим собой, я вижу обустроенный абсурд обыденного существования в веселом и нежном свете, и полагаю, что многое в этом мире заслуживает положительного суждения. Если, конечно, не усложнять сущего сверх нужного. Чем проще мысль, чем ближе она к прописной истине, тем больше шансов у мыслителя получить общественное признание. Если, конечно, какой-нибудь пустобрех не успел сказать то же самое раньше него…
*  *  *
Самые трудные житейские обстоятельства по мере вживания в них покрываются обыденностью – как пустырь порастает травой. И это благо. Иначе не выдержать, иначе не выжить. В беде и в обиде, в болезни и в немилости, в казарме и в тюрьме обустраивается свой порядок вещей, не отвечающий нашим надеждам на жизнь, но соответствующий обстоятельствам места и времени. Все, что не убивает, делает нас крепче, – утверждал Ницше. Сам он, кстати говоря, давления тяжелых мыслей на свой мозг не выдержал – подвинулся рассудком. Философ, как это часто бывает, оказался неспособен соответствовать своей философии.
Русские мыслители прошлого и настоящего крепче на излом. Пример экзистенциального мужества являет грешное житие писателя Андрея Синявского, приговоренного за вольнодумство к семи годам лагерей. Когда его жена Мария Розанова была допущена к нему на свидание, первое, что она услышала от него, был восторженный возглас: Машка, тут так интересно! Так разве же в нашей обыденности, если отнестись к ней непредвзято, меньше интереса? А тут еще выборы губернатора предстоят…
* * *
Как сообщают местные СМИ, в лето 2018 от Рождества Христова в Ливнах прошли соревнования по мини-футболу на кубок Ливенской епархии. Победителями турнира стали орловские отцы, с Божьей помощью переигравшие ливенских попов с разгромным счетом 11:3. – Сказывается отсутствие тренировок, – так объяснил поражение отец Дмитрий, капитан ливенцев. Видимо, орловские батюшки тренировались упорнее. Или молились усерднее. На всякий случай на оскоромившихся игроков владыке Нектарию стоило бы наложить епитимью.
Начинание, несомненно, благонамеренное, но неблаговидное. Каково было прихожанам лицезреть своих батюшек не в рясах, а в трусах, без всякой степенности носящихся по полю? Хоть оно и не грешно, но как-то потешно… Что-то в этом неподобающее священному сану – если не совсем протестантское, то уж никак не православное. Хотя, если поглядеть с другой стороны, пусть уж лучше благочестивые мужи мяч по спортплощадке гоняют, чем чертей из языческих капищ…
Это я к тому, что в начале летнего сезона здешние христиане разгромили «Славянский сад», обустроенный ревнителями языческой старины в сквере неподалеку от храма Георгия Победоносца. Опровергнув таким прозаическим образом поэтические воззрения славян на природу. Казалось бы, кому мешали ролевые игры в модном жанре славянского фэнтези? Если одни горожане с одобрения духовных и светских властей рядятся в казаков фиктивного войска, почему, спрашивается, другим согражданам нельзя поиграть в витязей мифического княжества? Мало ли какие забавные чудачества творятся на Руси при дефиците чудес!
Однако в данном случае нашла коса на камень… вернее, ополчился крест на руны: самопровозглашенные казаки объявили священную войну самозваным вятичам. Местный конфликт получил сначала областной, потом всероссийский, а затем мировой резонанс. В интервью радио «Свобода» незримая империя родноверов (так называют себя неоязычники) нанесла местным крестоносцам ответный удар, обвинив оных в мракобесии.
В подтверждение символического значения сей сакральной склоки над Ливнами явилось знамение. В день летнего солнцестояния, священный день языческого календаря, небесный камень пролетел над городом и взорвался где-то в весях. Ясен пень, явление случилось не просто так. Но что сие знамение предвещает – бог весть. То ли Перун показывает, что своих в обиду не даст, то ли святой Георгий оказывает участникам погрома моральную поддержку. Так или иначе, но жизнь в Ливнах, если смотреть на нее со стороны здравого смысла, становится все страньше и страньше…
 
*  *  *
На первом этаже большого дома на Брестской, над дверью по соседству с конторой Сбербанка сдвоенная вывеска:
ВСЕ ДЛЯ ТАНЦА. МОНАСТЫРСКАЯ ЛАВКА
Та же информация бегущей строкой выведена на электронную панель.
К ханжеству я не склонен, но все-таки в таком семантическом симбиозе есть что-то комическое, дающее повод к ехидной усмешке. Машинально вспоминаешь Пушкина – в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань – и невольно ухмыляешься. Давая волю естественному чувству комического, представляю хореографический ансамбль женского монастыря, выступающий на разогреве благочестивой публики в гастрольной программе мужского монастырского хора…
*  *  *
На Александровском мосту две девицы, позируя у ограды, снимают себя на мобильные телефоны. Здесь всегда кто-нибудь фотографирует или фотографируется: на обе стороны открываются красивые виды, украшающие путеводители по Орлу.
Цифровая фотография и интернет-культура породили моду на селфи: везде, где можно и где нельзя, люди стремятся запечатлеть собственный образ в лучшем виде, снимая себя на камеру, встроенную в гаджет, и отсылая снимки в социальные сети.
Мне подумалось, что стимулом цифрового нарциссизма является синдром сомнения в себе. И вот почему. Чтобы обозначить точку опоры чистого разума, Декарт сформулировал постулат: я мыслю, следовательно, существую. Допустим. А если я не мыслю, как тогда? Вряд ли ментальную автоматику – условные рефлексы и житейские навыки, общие идеи и прописные истины, жадные надежды и корыстные расчеты – можно полагать мышлением. А ничего другого в голове давно не водится. Что делать? В эпоху постмодерна на помощь умственной недостаточности приходят интеллектуальные технологии. Цифровая визуализация выступает как эрзац-экзистенция: я присутствую в виртуальном пространстве, значит, как бы существую. Вот же я, смотрите! – в горах и у моря, в загуле и на прогулке, в Париже и в Урюпинске… Вот же я, видите? – на фоне памятника Пушкину, на паперти храма Василия Блаженного, за столиком модного кафе… Представляя себя крупным планом, я утверждаю свое присутствие здесь и сейчас, чтобы увериться в собственном существовании. И уведомить всех, что я есть. И все, кто верит в мое существование, ставят лайки под моим цифровым образом – тем самым свидетельствуя свое.
*  *  *
У входа в супермаркет на привязи скучает собака: черный пес среднего калибра. От не хрена делать пес гавкает на входящих и выходящих – на каждого по разу. На меня тоже гавкнул. Я ему не ответил; прошел в дверь, не повернув головы – как будто это собачье оскорбление ко мне не относится… Через четверть часа, на выходе, пес гавкнул на меня еще раз. На этот раз я не стерпел: подошел ближе (на дистанцию привязи) и со всей серьезностью, глядя в глаза, сказал ему: – Не знаю, что ты думаешь о себе, но на самом деле ты такое вздорное животное, что хозяева решили избавиться от тебя – привязали здесь, а сами ушли через другую дверь и за тобой уже не вернутся. Пес сначала насторожился, глядя на меня, потом растерялся, затем задумался. Мысль о том, что он может остаться без хозяев, наполнила его ужасом. Мне стало его жалко, и я добавил: – Может, еще передумают… И пошел своей дорогой, надеясь, что впредь этот пес будет вежливее с чужими людьми – чтобы не потерять своих.
Владимир Ермаков 

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям