ПАО "ОРЕЛСТРОЙ"
Свежий номер №23 (1270) 18 июля 2018 гИздавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Взгляд в прошлое

Навстречу смерти

19.03.2018
Внимательно просматривая военную составляющую биографии Тюленина, приходишь к выводу, что еще до начала оккупации, вероятно, он становится военным разведчиком. Основные подвиги краснодонских патриотов теперь широко известны. Но в жизни Сергея была особая тайна, не вошедшая ни в роман Фадеева, ни в другие повествования о краснодонцах, – это его связь с разведчиком Быченко.
 
Подвиг разведчика
«До июня 1942 года, – вспоминала Надежда Алексеевна Тюленина, – у нас квартировал курсант Краснодонской школы десантников Феодосий Быченко. Сергей привязался к нему. В июне 1942 года Быченко распрощался с нами. Он сказал мне, что на случай оккупации Краснодона база оружия находится в Изваринском руднике и что в Чурилиной балке зарыты четыре пулемета максим.

В ноябре 1942-го этот разведчик (в очередной раз!) приходил в Краснодон и передал Сергею пакет для нашей армейской разведки, расположенной за линией фронта, в Белой Калитве. Я тогда провожала брата до хутора Большой Суходол. Сергей не только доставил пакет по назначению, он и там побывал в разведке, при этом был ранен в руку и через неделю вернулся домой. Это было его первое ранение».

Задача военного разведчика – установить расположение воинских частей противника в тылу, их состав и вооружение и передать информацию – устно, письменно или посредством радиосвязи. Кому, как не Тюленину, быть разведчиком? Он блестяще знал местность в радиусе 50 километров от дома. Вот где пригодилась Сергею практика голубевода, когда он уходил с голубями далеко от дома, отпускал их, с тем чтобы они вернулись на крышу родной голубятни краснодонского Шанхая. Хорошая память, необычайная физическая выносливость, когда он без сна, еды мог быстро идти, переходя на бег, преодолевая десятки километров, способствовали тому, что разведотдел дивизии через Быченко дал задание Тюленину собирать и передавать разведданные о противнике. Об этом задании немало кому было известно. Кроме того, разведданные Сергей, вероятно, передавал через Любу Шевцову, которая была штатной разведчицей и имела рацию. 25 января Сергей возвратился в Краснодон, но был схвачен и 31-го, после пыток, сброшен в шурф шахты №5.

Сорванная операция
Последняя операция, которую молодогвардейцы не успели реализовать, – вооруженное нападение на немецкий гарнизон. Молодогвардейцы собирались после уничтожения гитлеровцев и их пособников из числа местных жителей продолжить борьбу в открытом бою. В этот момент в распоряжении подпольщиков находилось 95 автоматов и винтовок, 10 пистолетов, 200 гранат, свыше 15 тысяч патронов, 65 килограммов взрывчатых веществ, 2 пулемета, несколько сотен метров бикфордова шнура.

Подробный план захвата Краснодона разработал командир молодогвардейцев Иван Туркенич. Были собраны необходимые сведения о жандармской группе, немецком гарнизоне, распределены силы подпольщиков. Но немецкие карательные органы опередили действия краснодонской молодежи, была проведена структурная реорганизация районной полиции и кадровая чистка.

Позже на допросе начальник краснодонского жандармского поста Отто Шен заявил, что «в конце декабря была разгромлена грузовая автомашина, груженная новогодними подарками для немецких солдат и офицеров, нам наконец удалось раскрыть в Краснодоне подпольную комсомольскую организацию».

На рынке полицаи схватили подростка Мишу Пузырева, продававшего немецкие сигареты, похищенные молодогвардейцами из машины в ночь с 26 на 27 декабря. Трое суток озверевшие жандармы и полицаи избивали ребенка, стремясь добыть необходимые сведения. Не получая воды и пищи, не имея ни минуты отдыха и покоя, мальчик не выдержал издевательств и назвал тех, кто вручил ему сигареты для продажи, а именно Евгения Мошкова и Виктора Третьякевича.

Иван Земнухов, узнав об аресте Мошкова и Третьякевича, направился в полицию на выручку товарищей. Оттуда он уже не вернулся. После двухнедельных жесточайших пыток Иван в числе первых, 15 января 1943 года, был сброшен в шурф шахты №5.

Сергей Тюленин, который первым узнал о начале арестов, успел предупредить товарищей, и всем им сначала удалось скрыться, уйдя к своим родственникам и знакомым. Но нашелся предатель Геннадий Почепцов, который знал почти весь состав организации, в том числе ее руководителей Сергея Тюленина, Любу Шевцову, Ивана Земнухова, Виктора Третьякевича, Олега Кошевого, Ульяну Громову. Он передал почти полный список подпольщиков в полицию. Опытному полицейскому следователю Кулешову не составило большого труда по дружеским связям ребят раскрыть всю организацию. Сначала была взята вся первомайская группа, которую возглавляла Уля Громова, потом начались поиск и аресты краснодонских групп.

Как видим, продажа немецких сигарет была лишь одним из звеньев в целой цепи отнюдь не случайных ошибок. И трагичнее всего было то обстоятельство, что ребята не смогли их избежать. В короткий срок они обрели и мужество, и отвагу, и практическую сметку, но не успели научиться трезвому анализу фактов, разумной осторожности, и это привело их к гибели. С 1 по 28 января 1943 года были арестованы почти все молодогвардейцы. После жестоких пыток тремя группами 15, 16 и 31 января их вывезли и сбросили в шурф шахты №5.

Сергей спасает товарищей
Вот как сложилась судьба Сергея Тюленина. 1 января 1943 года начались аресты членов организации. Было принято срочное решение: «Молодой гвардии» разбиться по группам и временно уйти из Краснодона в Каменск, Россошь, где находилась линия фронта. Сергей Тюленин лучше всех знал местность, и он возглавил группу, в которую вошли Валерия Борц, Олег Кошевой, Нина и Ольга Иванцовы. Выведя в безопасное место своих товарищей, Сергей вернулся в Краснодон.

11 января Сережа прибыл домой. Ему нужно было спасти своих сестер, которые не были членами организации, но выполняли разовые поручения брата. «Он был бледный, худой и голодный, – воспоминает сестра Надежда, – но я ему даже не дала покушать, а набросила пальто, и мы ушли к сестре, где и пробыли два дня. За это время мы собрались и решили перейти линию фронта. Нас было три человека: я, сестра Даша и Сережа. Линию фронта мы перешли в Давидо-Никольске 15 января, затем мы отправились в село Караич Ростовской области Глубокинского района, там мы встретились с нашими войсками, ехавшими на бронемашинах. Сережа им рассказал о расположении немецких войск… Нам удалось связаться со своими частями. Сергей был зачислен в одно из подразделений, и вскоре с двумя бойцами его направили в разведку в город Каменск».

Вечером 20 января началась облава. В одном из домов оказался Сергей, который был схвачен и вместе с красноармейцами и каменскими подростками должен был разделить с ними участь расстрела. Однако Тюленин остался жив: его спасло то, что, по всей вероятности, во время залпа он инстинктивно упал на мгновенье раньше, чем раздались выстрелы. Пуля попала ему в руку у локтя. Ночью он выбрался из-под трупов и направился – куда бы вы думали? – в Краснодон!

… Среди личных вещей молодогвардейцев, хранящихся в музее «Молодая гвардия» Краснодона, есть старенькое пальто Сергея. На правом рукаве красными нитками обшито небольшое отверстие – место ранения юного подпольщика в трагическую ночь 20 января 1943 года в Каменске-Шахтинском.

«Я их не боюсь…»
Зададимся вопросом: почему Тюленин вернулся в Краснодон? Как удалось установить, Сергей – единственный из молодогвардейцев, в начале третьей декады января в четвертый раз возвращается с риском для жизни из-за линии фронта на оккупированную территорию, чтобы продолжить борьбу с ненавистным врагом. Чудом выживший после расстрела группы красноармейцев и молодых патриотов в городе Каменске, он мог бы беспрепятственно отправиться на восток. И никто не мог обязать его идти на запад. Условная линия фронта находилась в пяти-десяти километрах от Каменска. Красная армия наступала, ведя локальные бои за крупные населенные пункты, города, железнодорожные станции. Сергей, обладая природной смекалкой, хитростью и опытом, мог проскользнуть между полицейско-немецкими гарнизонами и вновь оказаться в расположении советских войск. Единственное, что осложняло его передвижения, – это ранение в руку. Но с ранением он преодолел путь по оккупированной территории от Каменска до Краснодона, а это около 50 километров – да еще ночью, в лютый мороз и по бездорожью, плохо одетый, кое во что обутый. И все же Сергей Тюленин пошел не на восток, а на запад. Как оказалось – навстречу своей гибели.

Выбравшись из подвала, Сергей направился в Краснодон через хутор Волченский, который находился в 15 километрах от Каменска. Жительница Волченска В.Д. Говорухина вспоминала: «В январе 1943 года к нам зашел парнишка, раненный в правую руку, и назвался Сергеем Тюлениным. Мы обмыли его рану, покормили, чем было, и он остался ночевать. Я предлагала, чтобы он остался у нас, можно было перепрятаться, вокруг было много шахтенок, а кушать мы бы носили, но он отказался. Он прямо заявил: «Я их не боюсь… я буду их грызть зубами!» После этого мы дали ему харчишек на дорогу, и он ушел в Краснодон».

Чем же он руководствовался, выбирая путь между жизнью и смертью?

Смелостью, выходившей за пределы разума. Чувством долга. Чувством товарищества. Наконец, ответственностью руководителя – он член штаба «Молодая гвардия».

Вычленить какой-либо один весомый аргумент из вышеперечисленных невозможно. Все было налицо. Но в самый ответственный момент принятия решения главную роль все же сыграла его патологическая ненависть к немецким оккупантам, которая являлась тогда его сутью и сущностью. Это определяло весь порядок его жизни, порядок действий. А уже потом – долг, ответственность за порученное дело и все остальное…

Продолжение следует
Егор Щекотихин, доктор исторических наук

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям