Орелстрой
Свежий номер №28(1232) 17 августа 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Культурная среда

Музейный ноктюрн в красках и образах

08.06.2016
Возможно, кто-то вспомнит слова известной некогда песни «А мне всегда чего-то не хватает: зимою – лета, осенью – весны». Отражена в них вечная тяга человека к расширению привычных границ, выходу за рамки закономерности. Этим-то и можно, пожалуй, объяснить долговечность некоторых оригинальных проектов и неослабевающий интерес к ним. Сюда мы отнесем и такой культурный феномен, как Ночь в музее. Ну что мешает посетить это прекрасное заведение в дневное время? Ан нет! Ночью и оригинальнее, и таинственнее, и памятнее. А самое главное, хозяева хотят удивить чем-то неожиданным, интересным.
 
«Любите живопись, поэты!»
В Орле эта традиция прижилась и вот уже несколько лет радует ночных посетителей, которые на самом деле являются и друзьями музея, и ценителями новых идей, и творческими людьми, которые рано или поздно сходятся вместе, хотя бы и ночью. Известно, что откликнулись на эту идею все организации подобного толка, но я хочу рассказать о  музее И.С. Тургенева, поскольку сама принимаю ежегодное участие в его многочисленных мероприятиях, оригинальных и концептуальных одновременно. Итак, с 21-го на 22 мая, несмотря на ненастье, бесстрашные  ловцы новых культурных впечатлений устремились к  дому с колоннами. Что же их там ожидало? Теперь, по прошествии некого времени, мы просветим всех, кто желает прикоснуться к этой разновидности музейной деятельности.
Совсем недавно, как знают постоянные читатели «Орловского вестника», в музее начала работу новая выставка «Триумф розы», затем состоялось открытие Маменькиного садика, приуроченное к цветению первых весенних цветов. И вот логично и закономерно информация о цветах, людях и художниках, способных сделать мгновение бессмертным для современников и потомков, объединилась в сценарии Ночи в музее.
Любите живопись,
                                      поэты!
Лишь ей, единственной,
                                           дано
Души изменчивой
                                 приметы
Переносить на полотно.
 
Ты помнишь, как
                 из тьмы былого,
Едва закутана в атлас,
С портрета Рокотова
                                         снова
Смотрела Струйская
                                      на нас?
Эти хрестоматийные строки Николая Заболоцкого прозвучали в первом зале после старинного контрданса в исполнении танцевальной студии «Орион» не случайно. В музейную галерею как раз и входят, как рассказала Светлана Жидкова, некоторые портреты известнейшего художника XVIII века Ф.С. Рокотова, а образы отца замечательной красавицы Александры Струйской Петра Петровича Озерова и его ближайших родственников украшали стены Спасского дома. Очевидец утверждал: «… портреты казались как бы живыми существами, будто с того света вставшими для наблюдения за живыми…ночью, при лунном свете, без чувства робости и содрогания нервов невозможно было пройти мимо портретов». Надо сказать, что такое соседство немало содействовало пробуждению творческого дара у будущего писателя. Иначе бы в числе произведений Тургенева не появились «Три портрета».
Из зала в зал
Но есть у нас с вами возможность предположить, что смена лиц волновала нашего земляка гораздо больше, чем лица в их застывшем воплощении. Разве не этим можно объяснить его страсть к путешествиям, тягу к перемене мест и обстоятельств жизни? А вот в этом с ним мог бы посоперничать человек со знаковой для нас фамилией. Знакомьтесь, дорогие друзья, с фактами, которые ночные гости музея узнали во втором зале: Александр Осипович Орловский  родился в Варшаве, воевал в Войске польском, учился у Норблена де Гурденя, объехал Европу и осел в 1802 году в Санкт-Петербурге, где и стал академиком живописи и зачинателем русской литографии. Мы с вами можем в любой момент не только прочитать строки А.С. Пушкина из «Руслана и Людмилы»: «Бери свой быстрый карандаш,/Рисуй, Орловский, ночь и сечу», но и увидеть в музее подлинную литографию из серии «Воспоминания о Санкт-Петербурге», иллюстрирующую эпизод путешествия.
Накапливаясь, впечатления творческого человека как правило воплощаются в художественном произведении, которое, в свою очередь, пробуждает потребность в иллюстрировании его текстов. Так случилось и с Тургеневым. В 1883–1884 годах за работу над тургеневскими текстами взялся известный потомственный художник, академик художеств Клавдий Васильевич Лебедев. И его работы по проникновению в психологию русской жизни, и творческий метод писателя до сих пор считаются непревзойденными, о чем и поведала заинтересованным слушателям в третьем зале музея Алина Антонова.
Невозможно узнать всех тайн, которые хранит богатейшая музейная экспозиция, ведь иногда хитросплетения вещей, людей, идей не один год распутывают заинтересованные лица. Заведующая музеем Елена Мельник рассказала, с каким трудом удалось разыскать сведения о художнике с оригинальной фамилией Скиргелло, чьи пейзажи украшают музейную галерею. Поиски велись нешуточные. По справочникам, специальным изданиям. В музеях, архивах, частных коллекциях. В конце концов канва жизни этой незаурядной личности предстала перед глазами, заставив поверить, что творчество напрямую связано с меценатством, добродетелью и гражданской позицией. Гости музея на какое-то время стали истинными соратниками, коллегами, единомышленниками, услышав о надеждах и планах научных сотрудников: «Нам известно, что Скиргелло выступал в качестве иллюстратора произведений Гоголя, Тургенева. Но дальнейшая его судьба теряется в первые десятилетия бурного XX века. Дату кончины его нам пока не удалось установить. Зато нам стало известно, что семья неких Скиргелло (редкая фамилия) живет ныне в Москве. Возможно, удастся узнать больше о художнике, который почти не представлен в художественных словарях и музейных фондах. Поиск продолжается».
Портрет гения
Истинной жемчужиной экспозиции является портрет Тургенева работы К.Е. Маковского, написанный всего за три часа и ставший, если можно так сказать, хрестоматийным изображением писателя. Антон Бушунов сообщил ночным посетителям, что в 1909 году на Тургеневской выставке в Петербурге знаменитая актриса и последняя любовь писателя Мария Гавриловна Савина каждый день приносила к нему розы. Можно вспомнить, что стихотворение в прозе «Памяти Ю.П. Вревской» наш земляк тоже назвал своеобразным цветком на могилу великой жертвеннице и своей современнице. Теперь эту традицию продолжил научный сотрудник музея, написав строки, передающие атмосферу ночной таинственности:
Подернуты призрачной
                                   дымкой,
Окутаны матовой
                                     мглой…
В тех комнатах жил
                            невидимка,
Бесшумный хозяин
                                     ночной.
 
С горящей свечою
                              пройдется
По залам музейным,
                                      и вдруг
С портрета старик
                            улыбнется,
Рояля почудится звук…
 
А в полночь весь дом
                                 оживает
И слышен французский
                                          язык.
И даму на вальс
                          приглашает
Сошедший с портрета
                                    старик.
Этой ночью, кажется, было возможно все! Перенестись из России в Европу, увидеть среднерусские пейзажи и экзотические картины, узнать совсем новые имена и углубиться в биографии людей известных. Людмила Балыкова, как всегда воодушевленно и искрометно, презентовала «Средиземноморский пейзаж» художника А. Иванова, известного своей картиной «Явление Христа народу». Именно этому мастеру кисти Тургенев предлагал издать альбом этюдов, столь любимых почитателями его таланта.
Яркой страницей в жизни Тургенева было общение с творческими людьми Европы. Тургенев, живя некоторое время в Англии в 1871 году, посещал выставки прерафаэлитов, бывал в доме известного уже к тому времени их представителя, поэта и художника Данте-Габриэля Россетти, чья мистическая история любви оказала на нашего писателя сильное впечатление. В одном из разделов экспозиции помещено изображение гостиной в лондонском доме Россетти и несколько старых литографий с его картин, о которых рассказала Надежда Маслова.
Тайна перстня
Удивительно, что не только портрет, но и его деталь могут для ценителей и внимательных зрителей играть огромную роль, о чем в своем рассказе упомянула Лия Затуловская. Так, например, копия с портрета Тургенева работы Репина привлекает перстнем на руке писателя. Это был необыкновенный перстень, ведь  в свое время Василий Андреевич Жуковский получил его из рук Пушкина. Перед смертью поэт подарил близким друзьям свои памятные вещи. Сам же Пушкин получил этот перстень-печатку с надписью на арабском языке как дар любви от Елизаветы Ксаверьевны Воронцовой. Этот перстень имел большое значение и для друзей Тургенева: он был поднесен ему от русских художников в Париже как несравненному и единственному в нашей литературе ученику Пушкина. Обо всем этом, конечно, знал Репин, принадлежавший к тому же Обществу русских художников в Париже, и не мог не запечатлеть этого знака на портрете писателя. Скорее всего, перстень был дописан на портрете позднее. И художник Батурин, писавший копию с портрета Репина, повторил эту деталь и поставил дату – 1874 год.
Оказавшись в лектории музея, гости могли не только насладиться полотнами, на которых предстала во всем своем великолепии царица цветов роза, но и услышать стихотворения в ее честь, узнать о ее богатейшей истории в мировой культуре, а также увидеть сцены из спектакля «Аленький цветочек». Ради уникального события маленькие актеры театральной студии «Серебряная птица» слегка нарушили режим дня и порадовали многочисленных гостей своим талантом. Остается только надеяться, что это соединение звуков, красок, образов, прошлого, настоящего и будущего будет иметь долгую добрую историю.
Наталья Смоголь

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям