Орелстрой
Свежий номер №40(1244) 15 ноября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
С юбилеем!

Муки и радости Евгения Безрукавого

03.11.2012

19 октября аванпремьерой спектакля «Смерть олигарха» по горьковскому «Егору Булычову» открылся новый сезон в театре «Русский стиль» им. М.М. Бахтина. Но этот вечер стал знаковым еще по одной причине. На сцене в уютной дружеской атмосфере чествовали юбиляра – ведущего актера театра Евгения Безрукавого. По сути, это был его вечер. Его главная роль. В сентябре Евгений Гаврилович отметил 70-летие.

«Он и актер, он и поэт…»

«Рос, мечтал о театре, читал книги, учился, накапливал знания, но все это делалось как бы для того главного, что вот-вот должно произойти. Вот уже и актером стал, и начал играть большие и интересные роли, но тоже как бы для чего-то основного, что должно случиться потом. А то, что теперь – это только путь к тому, что впереди», – строки из дневниковой записи Евгения Безрукавого.

Дневники он ведет уже лет 30. В них радости и терзания, все то невыразимое, что рвется из души, но часто не может вырваться за пределы собственной комнаты. Он никогда не думал, что часть этих размышлений о жизни и о себе станет общественным достоянием. Но человек предполагает, а потом… вмешивается случай. Или что-то похожее на провидение.

– Это ведь фантастическая вещь – когда нечто делаешь для себя, делаешь искренне, честно, не задумываясь о будущей судьбе творимого. А потом оно оказывается еще кому-то нужно, – размышляет Евгений Гаврилович.

Часть его дневниковых заметок опубликована в книге Валентина Костина «Звездные годы Евгения Безрукавого». Малая часть. И все же.

Точно так же, неожиданно, его стихи когда-то появились в бостонском русскоязычном журнале «Арка».

Так же вдруг, словно свернув с проторенной широкой дороги на узкую тернистую тропу, он разом сменял хлебное ремесло строителя на исполненное лишений служение театру.

Так же «случайно» (ой ли?) приходили к артисту его блестящие театральные роли: Тригорина в «Чайке» Днепропетровского театра драмы, Мастера в «Мастере и Маргарите» Саратовского драмтеатра, главного и единственного героя, отчасти самого себя в моноспектакле Игоря Черкашина «Многоликое лицо твое», за роль в котором Евгений Безрукавый, тогда игравший на подмостках «Свободного пространства», получил хрустальную «Жар-птицу» на всероссийском театральном фестивале... Наконец, талантливейшая роль Бахтина в спектакле «О чем печалишься, душа моя», уже в «Русском стиле». И вот теперь – Егора Булычова.

Поздние прозрения

Егора Булычова

Идею постановки одноименной горьковской пьесы худрук «Русского стиля» Валерий Симоненко вынашивал уже давно. Пока не увидел образ когда-то гонявшего плоты, а теперь умирающего от тяжелой болезни купца (современно названного в постановке «олигархом») в интеллигентном Евгении Безрукавом. Совершенно нехрестоматийный образ, напрочь рушащий все наши юношеские ассоциации.

– Я ведь тоже находился под воздействием школьного представления об этом персонаже. И когда Валерий Иванович сказал, что в роли Егора Булычова видит меня, я счел это за шутку, – делится Евгений Гаврилович.

Но режиссер не шутил. И артист понял, что нужно вчитываться, что любое наше представление, особенно сформированное кем-то, может быть обманчиво.

– Теперь, спустя месяцы скрупулезного изучения материала, постижения образа,  я могу говорить о каком-то замысле, о том, какого человека хочу сыграть. И стараюсь играть. Этот человек трагически прозревает, что жизнь свою угробил. «Убухал» в ничто, в суету. Казалось бы, все в твоих руках: есть деньги, возможности… Но смерть уже на пороге. Вот в этом жутком осознании, что ничего нельзя изменить, и есть главная трагедия и боль моего персонажа. И, вы знаете, это ощущение сожаления о запоздалых прозрениях совпадает с моими собственными размышлениями. Я тоже порой думаю: а может, и я свою жизнь «убухал» куда-то. Ведь мог бы писать… И у меня было, о чем написать. Но этим нужно было заниматься, а значит, бросить театр… Вот они, запоздалые сожаления, которые терзают порой. И ничего страшнее их нет.

Художник и власть

В своем первом театре – днепропетровской драмы – Евгений Безрукавый проработал четыре года. А потом, рискнув, уехал в Семипалатинск (Северный Казахстан, почти край света). С 75 рублей оклада на 100.

– Это тогда казалось, страшно. Теперь понимаешь – как будто судьба вела, – признается артист.

То, что раньше воспринималось как скитание, теперь вспоминается как радость познания, путешествий по городам России…

В Орел Евгений Гаврилович приехал с семьей в 90-е, когда его дочке Иванне было пять лет. Здесь была служебная квартира и условие: отработать 10 лет в орловском театре. «Свободному пространству» актер служил много дольше. Практически без крупных ролей, как-то незаметно для артиста его уровня. Это были годы, когда, по его словам, уровень внутренней свободы зашкаливал. А вокруг ее было все меньше. Годы ожидания.

«Потом я пойму, что тоска и бессмыслица жизни, особенно острые для неиграющего актера, как раз и станут материалом для роли, и я буду благодарить жизнь за то, что она дала мне и такую возможность. Если ты сам не испытал муку творческого непризнания, нарочного замалчивания, чем же ты будешь наполнять роль Бахтина…», – рассказывает Евгений Гаврилович в своих воспоминаниях.

Возможно, именно этой знаковой роли он и ждал в Орле целых 17 лет. И в какой-то момент на пути Евгения Безрукавого встретился художественный руководитель театра «Русский стиль» Валерий Симоненко. С предложением сыграть великого, но так поздно понятого и оцененного Михаила Бахтина. Бахтина, которого до поры не знал и сам артист. Вместе с которым открыл для себя целый мир.

– Почитав его, попытавшись осмыслить, я почувствовал… как будто грудная клетка у меня расширилась! Я стал умнее, лучше, трагичнее. Мое ощущение отношения власти к человеку думающему стало значительно глубже.

С этим отношением Евгению Безрукавому пришлось столкнуться и самому еще многие годы назад, в Днепропетровске, когда молодого актера вызывали в КГБ. И цитировали «анекдоты про Ленина» и прочие «мерзости», которые не подобает произносить комсоргу театра. И тихонько предлагали телефончик: «вдруг что-то захочется рассказать, чем-то поделиться». А если по-русски, не по-кагэбэшному – призывали «стучать» на своих.

Это вечное российское противостояние – художника и власти, эту боль артист высказывал и ролью Мастера в «Мастере и Маргарите».

Это сходное с булгаковским персонажем трагическое мироощущение гениального рефлексирующего ученого-философа он блестяще выразил на сцене «Русского стиля» в спектакле «О чем печалишься, душа моя».

Смысл жизни в том…

Последние несколько лет Евгений Гаврилович называет своей «эпохой возрождения».

Он с радостью и вдохновением выходит на сцену театра им. Бахтина. А сейчас, во время нашей беседы, напряженно, как будто вновь вытаскивая из себя своего героя, пытается объяснить, как происходит вживание актера в роль.

– Объяснить это трудно… Но ты как будто чувствуешь, что тоже оскорблен, унижен властью, начальниками, поскудным окружением, убогим бытом, бездарной жизнью своей. Вот суть актерства…

– А как сыграть подлеца, хама, циника?

Евгений Гаврилович почти не задумывается:

– Так все это есть в нас, чего лицемерить… Как сказал Омар Хайам: «Рай и ад – это две половинки души». Только нужно это вытащить на свет и быть честным. Все равно ведь про себя играем.

Играть вот так, на разрыв… Трудно. Но по-другому артисту, так тонко, так глубоко чувствующему жизнь, нельзя. Знать бы только, чем сердце успокоится в итоге. Для Евгения Безрукавого сердечное успокоение и отдохновение – в сердечном чувстве. Он сам так и говорит:

– Для артиста очень важно, кто находится с ним рядом. Для мужчины-артиста это, конечно, жена. Выдержать все эти бесконечные переезды, гостиницы, убогую жизнь, когда приходится считать копейки… Если с тобой женщина, которая может такое понять и разделить, – это великое счастье. И со мной рядом такая женщина, моя жена Нила Сухова. Бог послал… – задумчиво говорит актер.

Но в Бога между тем не верит. А где искать силы, творческую энергию, коли Бога нет?

Он ищет в познании. Хоть и не отрицает, что тем самым умножает скорбь. Он очень много читает. И уже нашел для себя «знаковую» книгу, потрясшую до глубины души. Свое «евангелие 20-го века» – «Цитадель» Антуана де Сент-Экзюпери.

– У него там есть замечательное размышление, – делится Евгений Гаврилович. – Вот лежит груда камней, и нет ни у одного камня ни смысла, ни оправдания. А тут вдруг приходит человек. И строит из камней этих храм. И появляется у каждого из них и смысл, и оправдание… Или вот. О смысле жизни. Смысл жизни в том, на что она потрачена. Каково?!

Ольга Захарова

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям