Орелстрой
Свежий номер №40(1244) 15 ноября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Вековая история

Корнилий Бороздин – собиратель народных сказаний

20.11.2013

О том, как известный писатель, мемуарист и издатель XIX века Корнилий Бороздин в орловском селе Критово встретился с декабристом Черкасовым, я писал в «Орловском Вестнике» от 23 октября 2013 года. В настоящем очерке речь пойдет о том, с какой целью Корнилий Александрович регулярно наведывался в это живописное селение нашего края.

 

В деревню – за песнями

Вот что писал сам Бороздин: «... гостить мне в таком уголке было особенным удовольствием, я навещал его почти каждое лето, знаком был со многими из соседей моей кузины (Елизаветы Николаевны Козаковой. – Прим. А.П.), находил меж ними людей интересных и высокообразованных и раза два встречался даже у тогдашнего малоархангельского предводителя дворянства, Минха, с Иваном Сергеевичем Тургеневым, сосланным в то время на житье в свою деревню за известную статью на смерть Гоголя (некролог был опубликован в феврале 1852 года в «Московских ведомостях», несмотря на цензурный запрет. За ослушание Николай I приказал посадить Тургенева под арест, а затем выслать в Спасское-Лутовиново Мценского уезда Орловской губернии – его родовое имение. В конце 1853 года писателю было разрешено выехать из деревни. Следовательно, Бороздин мог встречаться с И.С. Тургеневым примерно в то же время, что и с А.И. Черкасовым – в конце 1852 – первой половине 1853 года. – Прим. А.П.).

Но помимо всего сказанного, меня интересовал этот уголок больше всего другою своей стороною – этнографической, народнической: я был тогда одним из немногих собирателей народных сказаний. Деревенские праздники, свадьбы, посиделки, хороводы, сенокосы, страды, кабаки, приходские праздники сделались излюбленными моими местами экскурсий. В них я записывал песни, причитания, поговорки, пословицы, прислушивался к богатой и своеобразной речи народа, затаскивал к себе в Критово слепцов с проводниками. И в то время, когда они пели мне свои былины и я их заносил в сборник, приятель мой, живописец Н.Н. Коренев, гостивший тоже у Елизаветы Николаевны, да и она сама, списывали с них портреты.

Некоторые из этих былин, в качестве вариантов, занесены были впоследствии П.А. Бессоновым в сборник, изданный им под заглавием «Калики перехожие», а также туда же попали и портреты моих слепцов работы Коренева. Словом, я занимался тогда хождением в народ, по мысли и программе Петра Васильевича Киреевского, толкнувшего на это и товарища моего по университету Павла Ивановича Якушкина, сделавшегося через десяток лет известным собирателем сказаний. Занятие это было в те времена новинкой, и многие смотрели на него не без удивления и сарказма. Некоторые из помещиков, узнав о моих экскурсиях, хохотали до слез: «Вот что выдумал. Тешится слепцами, поющими Лазаря; говорят, запрудил ими Критово... на мужичьих свадьбах свахи смазывают ему голову коровьим маслом... дворянин не находит лучшего занятия! Вот вам новейшее-то поколение». Крестьяне, и в особенности прекрасный их пол, больше всего интересовавший меня своими песнями, иногда искоса глядели на меня и подозревали в задних мыслях.

Становой (пристав. – Прим. А.П.) тоже при встрече со мной не упустил случая сострить: «Изволите песенки записывать. Вы бы пожаловали в Успенское (большое и соседнее по отношению к Критово село. – Прим. А.П.), там куда как хороши девки». И при этом значительно подмигнул мне глазом. Но все эти экивоки и недоразумения бывали, скорее, исключением; большинство же относилось к моим записям сочувственно, образованные люди поняли, в чем дело, а народ, ценя и любя свои сказания и песни, нисколько не дивился тому, что они мне нравятся, и охотно ими со мной делился. Нашлись у меня немало помощников и помощниц – соседи Ф.В.Б., барышни Ч. (скорее всего, Чиркины. – Прим. А.П.) и М. (видимо, Мацневы. – Прим. А.П.), сама Елизавета Николаевна – все они стали тоже записывать и присылать мне записанное, так что сборник мой видимо вырастал».

«Народ наш заслуживает изучения...»

Приезд бывшего декабриста, барона Черкасова, в Критово как раз застал молодого этнографа за классификацией своего сборника. С большим пониманием и сочувствием декабрист заговорил с 24-летним Бороздиным о его увлечении: «А я слышал уже о Вас и Ваших занятиях от одной из Ваших помощниц, милой барышни Софьи Николаевны Ч. Сочувствую вам и желаю успеха. Давно бы следовало приняться за это дело, народ наш заслуживает изучения. В моей скитальческой жизни я видел его во многих местах, в особенности в Сибири, которую мне привелось исходить и изъездить; он и там почти во всем везде пионер, и тем более интересен своей сметливостью, находчивостью и несокрушимым упорством. А богатство его речи изумительно».

С малой толикой этого богатства, уважаемый читатель, я предлагаю познакомиться и тебе. Прочти и оцени всего лишь одно произведение, записанное Корнилием Бороздиным в селе Критово и опубликованное 150 лет тому назад в сборнике «Калики перехожие» (изданном П.А. Бессоновым в 1861–1864 годах). Прежде чем ты приступишь к чтению стихотворения, на всякий случай объясню, кто такие калики перехожие. На Руси так называли странников к святым местам, паломников, живших милостыней. Они носили суму, подсумок, клюку, костыль, посох, шляпу, гуню (кафтан) и дорожный плащ и путешествовали группами, пели духовные песни, так называемые духовные стихи. Эти стихи обрабатывали новые, христианские, сюжеты, черпая материал из священных и богослужебных книг, собирая рассказы и легенды при посещении святых мест, русских и восточных, и воплощая его в образы, понятные народу. По всей видимости, с некоторыми из калик перехожих встречался в Критово и записывал их песни  Корнилий Бороздин. Вот одна из его записей.

Плачем, возвышаем...

Плачем, возвышаем,

Про смертный

    час помышляем!

Придет последнее время,

Земля и небо

    потрясется,

Часты звезды на землю

    скатятся,

Камения распадутся,

Пройдет река огненная,

Пожрет она тварь

    всю земную.

Михаил Архангел

    с неба сойдет.

Возойдет на горы

    на крутыя,

Вострубит

    во трубы золотыя,

Всех мертвых

    от гроба разбудит.

Мертвые от гроба

    восстанут,

В единый лик все будут.

Праведникам

    Господь глаголет:

«Подите вы,

    мои возлюбленные,

Во мое во Царство

    Небесно:

Вы жили – спасились,

За крест,

    за молитву стояли!»

А грешникам

    Господь глаголет:

«Изыди вы прочь,

    проклятые,

Во пропасти земляныя:

Там мука вам вечная,

Огни вам горят

    неугасимые,

Смола вам кипит

    неутолимая,

Черви вам кишат

    неусыпущие!»

А грешные возопияли,

Господа с глаз

    не спущали:

«Авы, авы, Царь

    Небесный!

За что нас прочь

    отсылаешь

От самого от Царя

    Небеснаго?»

«Как же вас не отсылати?

Вы воли Господней

    не творили,

За крест, за молитву

     не стояли,

Закон мой Господний

    проступали.

Я сам Христос

    от Девы родился,

Три дня был на распятии,

Все ради вашего

    согрешения,

Ради вашего беззакония:

И тут же вы

    не спостились,

И Богу не молились,

Закон мой Господний

    не поимели,

Закон мой Божий

    проступили!»

Слава Отцу, и Сыну,

И Святому Духу,

Аминь!

Александр Полынкин

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям