ПАО "ОРЕЛСТРОЙ"
Свежий номер №15(1264) 16 мая 2018 гИздавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Культурная среда

Какие могут быть игрушки…

28.03.2018
Здравствуйте, меня зовут Настя. Я жена… Уже не помню, как это все начиналось. Сначала совершенно не хотелось, даже не думала об этом. Но подруги одна за другой советовали: «Попробуй, попробуй». Что-то внутри дрогнуло, надорвалось, дало слабину. И вот я здесь – в клубе анонимных жен… Сначала эйфория, потом жуткая, мучительная зависимость. Понимаю, что уже не смогу побороть себя. Это со мной до конца… Я Валерий. Все было странно. Яркий свет, полная парализация сознания. Хлопки. Какие-то звуки, фигуры, отдаленно напоминающие людей, туман в голове. Думаю, гипноз. Полное забытье. Я не принадлежал себе. Меня похитили… Когда очнулся – странный железный предмет на безымянном пальце правой руки. Ничего не помнил. Но мир поменялся. Больше никогда не буду прежним. Так больно…
Эксперимент
Два этих состояния, два этих душераздирающих откровения можно смело подвести под один знаменатель, поставить общий леденящий сознание диагноз – женитьба. У орловцев появилась возможность увидеть глубину проблемы. Серьезную тему досконально изучил в лаборатории театра «Свободное пространство» доктор режиссерских наук Линас Зайкаускас. В опытах вызвались участвовать самые смелые. Отобраны были наиталантливейшие. Всеми испытуемыми оказались женщины. Мужчины, возможно, не вынесли бы…
Путем долгих экспериментов, проб, репетиций Зайкаускас нашел искомое противоядие – смех. Поэтому с данной минуты – ни слова о серьезном!
Адам, ты не прав!
Спектакль «Женитьба», изначально весьма заинтриговавший своим составом, все удивленно-фарсовые ожидания премного оправдал. Гоголевская подробность характеров в нем гармонично уживается с доскональностью режиссерских находок. Банально или впустую ни одного мгновения сценической жизни потрачено не было.
Акцент и вправду на визуальном восприятии. Поэтому работа художника в спектакле уверенно солирует. Маргарита Мисюкова в прямом смысле сделала актрис выдающимися, поколдовав не только над формой, но и над формами. Так и хотелось сказать: «Мадам, ваши усы (и прочее, прочее) прекрасны!»
Контрасты правят миром: необычайно яркие люди живут в совершенно типичном антураже убеленных плесенью обоев и ковриков, набивших оскомину оленями и лебедями… Разбираясь в борьбе противоположностей, режиссер на вопрос, что же все мы, такие разные, ищем, отвечает: комфорт.
Только у каждого индивидуальное о нем представление. Иногда ошибочное. Вот и Подколесин (Мария Козлова) вертится в постели в поисках удобного положения, пока не настигнет героя предательская в своей скверности мысль жениться.
На самом деле сработал естественный закон жизни: до крайности неухоженный мужчина рано или поздно обязан начать за кем-то ухаживать, или не видать ему чистых рубашек и наваристых борщей… Разве можно ждать должной заботы от старательного слуги Степана (Лариса Леменкова), который доживает свою долгую жизнь в особом почтительно-забавном неспешном ритме…
Ах этот прищур глаза, ах этот завиток смоляного уса и манера держать трубку, словно позирует художнику! Кому же этакое чудо достанется… Правда, вперед-назад Подколесина толкает исключительно страх: одиночества, старости, перемен, принятия решений.
Легки на помине оказались сваха Фекла Ивановна (Юлия Григорьева) и неуемный приятель Кочкарев (Ирина Агейкина). По роду занятий сваха воплощает «анонимную» связь между женихом и невестой, мужчиной и женщиной… Только ненадежен этот канал. Вероятны помехи, гарантировано непонимание. Даже судьба-режиссер предостерегает: разбитым зеркалом, надоедливым неромантичным жужжанием мух. Но до того ли.
Кочкарев берется за сводническое дело. Сам он женат, значит, есть иммунитет от всякого рода смущений и неуверенности, полная независимость от обстоятельств, даже безнаказанность.
Все актрисы – генераторы спектакля – работают на полную мощность, но Ирина Агейкина – чудо из чудес – дает 200 процентов КПД! Бах-бах – и в цель. Каждый взгляд и жест. Вертит всеми и всем, наводит мосты и крушит лед. Остап Бендер и Михаил Галустян в одном красивом женском лице.
Кочкарев элегантно ведет в танце спектакля, конечно, когда другие не солируют.
Женская половина
На самом деле утро холостяка и незамужней не так уж и отличаются. Но даже без вуалей и румян, духов и туманов теплится в женской душе огонек надежды на любовь… Сермяжную правду будуара показывает без кавычек женское трио: невеста Агафья Тихоновна (Олеся Балабанова), ее тетка Арина Пантелеймоновна (Ольга Чибисова), служанка Дуняшка (Ольга Виррийская). Руки у них крепкие, щеки румяные. Во всем остальном тоже полный порядок. С чувством летит на стол и шелуха, и гадальные карты. Хорош бубновый король да под жареные семечки!
Агафья Тихоновна – кровь с молоком, но в голову ударит, как бражка. Этакий маленький локомотивчик, точнее, небольшой тягач. Громогласна и прекрасна. Она полная женщина. И вовсе не «подлец». В героине сочетаются гротесковая страстность, тонкая наивность, а ведет ее основной инстинкт быть желанной…
О таком высоком Дуняшка, щедро раздающая авансы, умело заигрывающая с мужчинами, не думает. У нее со всеми свои отношения. С кем-то многообещающие, а кому-то лучше на глаза не попадаться. Самая женственная из женщин по сценарию. У других – реснички, у нее – ножки. Чья карта больше?!
Арина Пантелеймоновна – хозяйка, дуэлянша – тоже своего не упустит.
Время придет, эта троица, почистив перышки, картинно оценит требовательным взглядом и женским чутьем кандидатов в мужья. Невеста – с дрожью. Тетя – с грудью. Дуня – с многообещающей усмешкой.
Кто в доме хозяин
Сваха представляет череду женихов во всей естественной красе. Они почти сразу проходят тест диваном «на хозяина». Сакральный предмет мебели, как святилище стоящий в центре комнаты, не просто так дарован нам провидением. Именно он слепо распоряжается мужскими жизнями, отбирая и пополняя энергию. Кто-то возвышается, как на троне. Кого-то диван нещадно исторгает из своего чрева. И тогда – полная беззащитность…
Тяжело экзекутору Яичнице (заслуженная артистка России Нонна Исаева) припарковать необъятное тело на плюшевой посадочной площадке. Подняться еще тяжелее…  А вот отставного пехотного офицера Анучкина (Елена Симонова) с дивана буквально сносит сквозняком. Плохой знак. Моряку Жевакину (заслуженная артистка России Маргарита Рыжикова), кажется, удастся бросить якорь в любых морях: этакая уверенная удаль. Однако подводные рифы есть всюду… Подколесин почвы под собой не чувствует, не то что пружин. С нескончаемыми «хочу-не хочу» на фоне целеустремленной кампании временами он даже кажется занудой. Только Кочкареву всегда комфортно. Он азартен, ни на что не претендует: все едино – то ли замуж вышла, то ли ногу переломила. А таким везет.
Борьба за место под торшером становится естественным отбором… Но не диваном единым жив мужчина.
Яичница, отягченный гастрономической фамилией и необъятным животом, мечтает о приданом и даже уже проводит его инвентаризацию. Видеть надо бытовую клоунаду блистательной Нонны Исаевой. Смертельный трюк поднятия записной книжки с пола! Между прочим, именно этот образ еще долго будет вызывать улыбку, создавая особо приятное послевкусие спектакля.
Куда до такой основательности тонкому во всем, как струна, Анучкину. Только мечется в пространстве, будто рыжий спущенный шарик.
Перед одним персонажем сердце каждой не может не дрогнуть – морской волк с усами гусара Жевакин. Его появление и каждое последующее действо одинаково эффектны. Опасный соперник, заполняющий очарованием пространство, как вино в бокале. Этот герой самый проникновенный… Чистый Бармалей вдруг становится растроганным ребенком, упустив семнадцатую невесту. Так трогательно отчаивается, не понимая, чего хочется дамам. Маргарита Рыжикова жжет свою мечту не как клоун, а как настоящий трагик. Нет, не слезы на глазах – брызги соленой морской воды!
Что ж ты, фраер*, сдал назад?
Женихи подходят ближе к делу очень издалека. Меж тем амбивалентный Кочкарев с упоением развивает и демонстрирует талант хулителя-хвалителя, делает рекламу другу, не дает ему отчаяться, устраняет препятствия. Агафье остается только свернуть всех женихов «в трубочку» и довериться року…
Второе действие спектакля более лирико-трагично (насколько позволяет жанр комедии). И, да простит режиссер, кажется немного затянутым. Если масштабировать трехчасовой спектакль в жизнь, за это время жениться раз десять захочется-перехочется.
А может, просто беспощадное неминуемое Прозрение наводит на некоторые унылые мысли… Эйфория от первого знакомства с героями прошла, хотя они все еще продолжают удивлять.
Подколесин, на мгновение заменивший страх любовными грезами, и Агафья, ставшая утонченной и просветленной, поддаются чарам любви. Как фарфоровые статуэтки, кружащиеся под очаровательную мелодию музыкальной шкатулки… Смотреть бы и смотреть.
Тихий ангел пролетел...
Пролетел и напомнил о превратностях жизни. Линас Зайкаускас не насмехается над любовью, а лишь говорит, что она всегда с нами, растворена в каждом предмете и жесте. Нужно быть практичнее и мириться с некоторыми вещами, не ждать многого друг от друга. Мудро…
Подколесин поет лебединую песню (во-первых, красиво говорит, во-вторых, птичка улетела). Как горяча и убедительна Мария Козлова в призыве: «Жениться всем!» Даже хочется развестись, чтобы снова пойти в ЗАГС. Правда, у медали две стороны – весьма явственно отчеканенные. Какое-то действие в спектакле ресницы точно произвели. Но открылись или закрылись глаза у персонажей на решение извечного вопроса пользы женитьбы, сказать трудно.
Истина одна. Девушки, чтобы парни женились, вам нужно мужаться!
*С древненемецкого «фраер» – человек, который совершенно свободен от каких-либо обязательств, или жених.
Ольга Сударикова

 

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям