ПАО "ОРЕЛСТРОЙ"
Свежий номер №19(1268) 20 июня 2018 гИздавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Взгляд в прошлое

Ипполит Вревский и его Юлия

08.02.2018

Если бы «брильянтовый князь», как прозвали Александра Борисовича Куракина современники, жил не во второй половине XVIII – начале XIX века, а в наши дни, я уверен, он и сейчас бы пользовался большой популярностью. Некоторые уважали бы князя (или завидовали ему) за высокие чины, награды и колоссальное состояние (значительная часть его владений находилась и в Орловской губернии).

«Брильянтовый князь» и его «воспитанники»

А вот другие постоянно удивлялись бы способностям Александра Борисовича (возможно, скажу грубо, но суть выражу точно) в «детопроизводстве». Проживший сравнительно долгую (66 лет) для того неспокойного времени жизнь, князь ни разу не был женат, но имел многочисленные связи с красавицами из разных слоев российского общества, в результате чего на свет появилось до 70 (или даже 80) отпрысков «брильянтового».

Совершенно точно, что князь Куракин о своем потомстве, особенно о «воспитанниках», заботился с самого их рождения и вплоть до своей смерти. «Воспитанники» – это признанные Александром Борисовичем дети, которым он, по законам Российской империи, не имел права дать свою фамилию и передать наследство, но вполне мог обеспечить им комфортное существование и дать приличное образование.

А восемнадцати самым любимым отпрыскам князь добился дворянства и баронского титула, дал свое отчество (Александровичи) и обеспечил им пожизненное содержание. Правда, все они были не Куракины, а Сердобины (11 человек) и Вревские (семеро). О первом из баронских родов я пока умолчу.

Один отец и три матери

Мой рассказ – о Вревских. Их было семеро: Борис, Степан, Мария (от крепостной крестьянки Акулины Самойловой), Павел, Ипполит, Аделаида (от крепостной Ирины Васильевой) и Александр (его мать осталась неизвестной). Первые трое получили баронский титул от австрийского императора, а Александр I спустя два года утвердил пожалование своим указом, четверо же младших Вревских стали баронами уже по русским законам.

Фамилию этих своих «воспитанников» князь Куракин образовал от села Врев, Островского уезда Псковской губернии, в котором находилось одно из его имений, полученное в дар от императора Павла I. Александр Борисович построил свою усадьбу рядом с селом, на восточном берегу озера Евсеево, недалеко от сельского погоста, и дополнил прежнее название своим именем: получилось – Александрово-Врев.

На Орловщине из всех Вревских известна, наверное, только Юлия Петровна – та, которой Иван Сергеевич Тургенев посвятил знаменитое стихотворение в прозе: «На грязи, на вонючей сырой соломе, под навесом ветхого сарая, с лишком две недели умирала она от тифа…». Этой замечательной женщине, организовавшей на собственные средства санитарный поезд для помощи раненым во время Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, лично и бескорыстно работавшей в нем и умершей на боевом посту, посвятили стихотворения Яков Полонский и Виктор Гюго, а вспоминали баронессу Вревскую добрыми словами все, кому хоть раз довелось ее увидеть.

Герой Кавказской войны

Об Ипполите Александровиче Вревском чаще писали просто как о муже ставшей известной своей жертвенностью женщины. А между тем этот человек достоин того, чтобы его чрезвычайно интересную и героическую биографию, особенно на Орловщине, знали несколько лучше, чем сейчас.

Ипполит был самым младшим из сыновей князя Куракина: он родился весной 1814 года (в некоторых источниках называется 1813 год), когда любвеобильному отцу было уже за 60.

О детских годах Ипполита Вревского нам мало что известно. А в 18-летнем возрасте он начал военную службу, будучи зачисленным в школу гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров. Ипполит Александрович учился здесь вместе с Лермонтовым, своим одногодком. Будущий великий русский поэт, по словам одного из соучеников, А. Есакова, относился к Вревскому с большим уважением. В 1833 году Вревский был произведен в прапорщики лейб-гвардии Финляндского полка и поступил в Военную академию, по окончании которой был зачислен в генеральный штаб и направлен на Кавказ.

Послужной список Вревского свидетельствует о блестящей карьере молодого офицера. Уже в первой своей боевой экспедиции, предпринятой в 1838 году в составе группы Раевского, Ипполит Александрович отличился при штурме Аргуани (восточное побережье Черного моря), где получил ранение и удостоился чина капитана.

В 1840 году он участвовал в усмирении Чечни, в 1841-м сражался с отрядами Шамиля. В 1842 году за постройку укрепления и удачно выполненную операцию был награжден орденом Станислава 2-й степени и произведен в подполковники. В 1844–1845 годах Ипполит Вревский участвовал в нескольких походах и в первый раз награжден был золотым оружием «За храбрость».

После присвоения в 1845 году чина полковника и назначения командиром Навангинского пехотного полка Вревский в течение четырех лет находился с ним на левом фланге Кавказской линии, участвуя во многих экспедициях вглубь Чечни. В 1849 году Ипполит Александрович был произведен в генерал-майоры, а через год назначен начальником Владикавказского военного округа. В течение трех лет охранял он пограничную линию от неоднократных покушений Шамиля, за доблесть и распорядительность был во второй раз награжден золотым оружием (с бриллиантами) и надписью «За храбрость», а вскоре удостоился ордена святого Георгия 4-й степени.

Русские офицеры, находясь на Кавказе длительное время, обзаводились местными женами, не регистрируя свои браки официально. Так было у Алексея Петровича Ермолова, то же самое произошло с героем моего рассказа. Впрочем, у Ипполита Вревского был свой собственный пример для подражания – родной отец.

«Добра – бесконечно…»

Ни один из источников не сообщает нам имя гражданской жены барона. К 1852 году у генерал-майора Вревского было уже трое детей, но вскоре после появления на свет сына Николая жена-горянка скончалась. Незаконнорожденные дети носили фамилию Терских, а их воспитание, в силу занятости службой, генерал поручил родным брату и сестре.

Прошла еще пара лет, и, находясь как-то в гостях в Ставрополе у друга-генерала Петра Варпаховского, Ипполит Александрович увидел знакомую ему с детских лет Юлию, Жюли, дочь хозяина. Увидел после долгого перерыва – и влюбился: «Я тебя еще не известил о моем очень скором браке с Юлией Варпаховской, – писал он вскоре брату. – Жюли… блондинка, выше среднего роста, со свежим цветом лица, блестящими умными глазами; добра – бесконечно. Ты можешь подумать, что описание это вызвано моим влюбленным состоянием, но успокойся, это голос всеобщего мнения».

Женившись на юной Юлии, Ипполит Александрович увез ее во Владикавказ, где у генерала был собственный дом. 17-летней жене нелегко было выполнять обязанности хозяйки, но ведь она была дочерью военного, хорошо знала быт кавказских офицеров и потому внесла в быт семьи жизнерадостность, сердечность, тепло, нежность. Не забывала Юлия Петровна и о незаконнорожденных детях мужа, окружив их заботой и вниманием.

Но семейное счастье Вревских было недолгим: генерал-лейтенант (этого звания Ипполит Александрович был удостоен в 1856 году) вернулся к исполнению обязанностей командующего войсками Лезгинской кордонной линии. В 1857-м Вревский предпринял две удачные операции и в третий раз удостоился золотого оружия с надписью «За храбрость», а 20 августа 1858 года, при штурме аула Китури (Мзгинские высоты, ныне – Цунтинский район Дагестана) генерал был смертельно ранен ружейной пулей.

Его перевезли в город Телав (Тифлисская губерния, ныне – город Телави в Грузии), где 29 августа Ипполит Александрович скончался на руках у жены, завещав похоронить себя рядом с братом Павлом в Успенском соборе в Крыму или во Владикавказе около храма, сооруженного на его средства. Однако однополчане и грузинская знать уговорили Юлию Петровну похоронить героя в Телаве, в Свято-Успенском соборе. Через пять лет генералу Вревскому установили здесь, на могиле, памятник из чугуна с решеткой, заказанной в Париже. К сожалению, до наших дней ни могила, ни памятник не сохранились.

Орловские помещики Вревские

А теперь последнее – о тесной связи героя Кавказской войны с нашим краем. Вревский, как и его родной отец, князь Куракин, был орловским помещиком. Согласно данным ревизских сказок владельческих крестьян за 1858 год (10-я перепись, ГАОО, ф. 760, оп. 1, ед. хр. 401), в Малоархангельском уезде Орловской губернии генерал-лейтенанту и кавалеру Ипполиту Александровичу Вревскому принадлежали деревни Степановка и Березовка, сельцо Мишково и село Покровское – со 152 крестьянскими дворами и 1095 крепостными душами.

Если ты, читатель, обратил внимание, то год, в течение которого проводилась 10-я перепись населения, совпал с датой гибели генерал-лейтенанта Вревского, но Ипполит Александрович еще значится в этих документах живым. Поскольку наследников законных у героя Кавказской войны не успело появиться, то все его орловские имения перешли частью к вдове генерала, а частью – к его родному брату, Борису Александровичу Вревскому.

Одно из своих имений баронесса Вревская продала для организации санитарного поезда, с которым отправилась на помощь раненым. И там, в других горах, Балканских, и на другой войне, Русско-турецкой, 20 лет спустя ее беспокойная душа соединилась, наконец, с душой любимого мужа, чтобы не расставаться уже никогда.

Рассказ о Борисе Александровиче и Александре Борисовиче Вревских – в следующем очерке.

Александр Полынкин

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям