Орелстрой
Свежий номер №9(1109) 22 марта 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Премьера

Грозного хотите?!

20.10.2016
Открывший новый сезон муниципального драматического театра «Русский стиль» спектакль «Иван Грозный» необычен уже тем, что просто не знаешь, с какой стороны подойти к постановке. Подарок к юбилею 450-летнего города, возвеличивающий славные заслуги его царственного основателя, – слишком просто. Научно-художественный труд, ставящий все точки над i в вечном вопросе о роли личности в истории, – слишком сложно.
 
Не было бы счастья
Очевидно, сама жизнь захотела преподать нам урок, начав его с повторения пройденного… Как-то странно все сложилось здесь и сейчас.
С одной стороны, «монументальные» споры, всколыхнувшие Орел и заставившие многих, хотят они того или нет, узнать о славных свершениях и ужасающих деяниях Иоанна Васильевича, за давностию лет прослывших то ли легендарными, то ли просто легендой. С другой – счастливое творческое совпадение, которое позволило режиссеру Валерию Симоненко, наконец, реализовать свой замысел, возникший около десяти лет назад.
Переступая порог театра, зритель должен определиться, как оценивать героев спектакля. Как литературно-художественные образы? Но постановщик строит свое действо на основании реальных исторических документов, летописей, фольклора, указов Ивана Грозного, его стихир, переписки, музыкальных произведений…
Тогда, может быть, как объективные исторические личности? В спектакле Иван IV любит, гневается, страдает, сомневается, принимает судьбоносные решения, впадает в отчаяние, мечтает – словом, ищет себя. Вряд ли историки и хроникеры умещают все эти чувства в краткое тире между годами жизни: 1530–1584.
Самый разумный выбор – наблюдать за происходящим на сцене как за произведением, состоящим из разных частей: объективной истины, художественных компонентов, которые, пройдя творческую мастерскую, не потеряли своей самости, уникальности, но все же перешли в несколько иные категории.
Превратности души
Премьера спектакля прошла поистине с царским размахом. Зрителей у порога встречали стрельцы в красных кафтанах. Программка была больше похожа на княжескую грамоту, которая жаловала зрителю как минимум хороший вечер… Однако пока пустовал на сцене трон, напоминающий то ли алтарь, то ли голгофу (художник Анна Назарова), окружающее торжественное великолепие меркло от предвкушения встречи с Ним.
Тонкий луч озаряет иконы Святой Троицы и Нерукотворного Спаса, составляющие убранство царской залы... Сакральные мгновения приближения становятся своеобразным очищением ото всего, что «знаешь» о Грозном и надеешься увидеть. Теперь можно начинать.
Актер должен детально прочувствовать историю судьбы и характера своего образа. В новом спектакле этот сложный путь предстоит постичь зрителю.
Жизнь Грозного – круги Дантова ада. Она разделена на отрезки, ограниченные новой стадией восприятия мира, мимолетными радостями и нескончаемыми страданиями. Проводники на этом пути – сразу четыре талантливых человека. Иван Васильевич в детстве – Глеб Верижников, в юности – Вячеслав Федин, в зрелости – Александр Столяров, в старости – заслуженный артист России Валерий Симоненко. Каждый появляется в свое время, знаменуя очередной непростой рубеж для страны и человека, обреченного ею править.
Кто без греха
С первых мгновений в лейтмотиве постановки – строки песни Жанны Бичевской, которые на самом деле прозвучат лишь под занавес: «Царь суду земному не принадлежит, он ответчик только Богу».
А вообще, волен ли человек судить человека?
Ванечка – всего лишь ребенок на руках у матери Елены Глинской (Татьяна Иванюк), но женщина пророчески поет об уставшей душе и горькой судьбе.
Сильвестр (Евгений Безрукавый) читает строки Поучения Владимира Мономаха («страх божий имейте превыше всего»). Василий Шуйский (заслуженный артист России Сергей Фетисов), словно вобрав в себя ненависть всех «попечителей» будущего государя, говорит о своем: «На Москве тот прав, за кого денежки праведны молятся».
Весело бороться на деревянных мечах с будущим заклятым другом и вечным соперником Андреем Курбским (Никита Хапков). Страшно слышать предупреждение матери о лютом коварстве врагов… В этом мире для юной души добро – лишь редкие проблески. Но и они отрада. Прямо в сердце проникает искренняя молитва о свете, размышления Ивана Васильевича о силе, свободе, покаянии.
Однозначно на стороне добра в этом спектакле и удивительные вокальные композиции, рассеивающие тьму и дарующие надежду.
Иван Васильевич в исполнении Вячеслава Федина еще не Грозный. Он только становится на крыло, принимая венец Царя Всея Руси. Герой так истово прекрасен и прозорлив в размышлениях о любви к Отечеству, о могучем государстве, «третьем Риме»!
Тема патриотизма в спектакле звучит как-то по-особому «правильно» для русской души. Мощно, уверенно, но не приторно-назидательно. Гордо провозглашается вера и уверенность в собственных силах, когда народ – стена, а во главе – дальновидный лидер и мудрый человек.
Но абсолюта нет ни в чем. Реальные исторические личности стали образами, поэтому не следует искать тождественности слов и поступков в летописях и на сцене.
Алексей Басманов (Юрий Марченко), стоящий за правым плечом царя, с радостью променял бы военные забавы на тихое хозяйствование. Малюта Скуратов (Владимир Верижников) (по шуйцу) – в своей «лубочной» простоте не находит возможности удерживать разрывающие душу страсти.
Верные супруги государя, исповедницы его мыслей: нежная красавица Анастасия (Ольга Кузьмина) и страстная черкешенка Марья (Инна Севостьянова) учат своего ладу преданности, нежности, любви и смирению. С ними Грозный более всего человек, с Курбским (Александр Галуцких) – мыслитель, превыше всего ставящий возможность простить и покаяться в грехах.
Отдельные мизансцены спектакля напоминают старинные гравюры: дело не только в прекрасных костюмах с патиной монашеских ряс. Есть в них характер, мудрость, что-то постскриптум… Яркий калейдоскоп персонажей помогает Грозному принимать решения «для устрашения злодеев и ободрения добродетельных», делать подвиги во благо России и ошибки во вред своей душе, не попустить гибели земли Русской ни от мятежников, ни от коварного супостата, «кольцом железным себя опоясать».
Мы выбираем
Наше Отечество, о том не задумываясь, время от времени из недр своих нетерпеливо призывает не только «собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов», но и тиранов… Чтобы воскреснуть из пепла.
Государь Всея Руси, уставший от врагов и предателей, трусов и лжецов, разочарования, неверия и беспросветности, просто обречен стать грозным. Болезненную трансформацию, которая оказалась сродни смерти, блестяще изобразил Александр Столяров. Он показал правителя, отравленного знакомством с жизнью, людьми и самим собой. Его душа до времени аккумулировала намного больше испытаний, потерь, горя, чем может пережить человек. И вот вся эта энергия, сжавшись до предела, выплеснулась большим взрывом, поглотив былое, изменив существо своего «носителя» и существующий порядок. Лопнула тонкая струна терпения. Грянула иная музыка.
Вместе с тем в спектакле зловещий дух живет как бы априори: во взгляде, нетерпеливых жестах, движении скул актера, который старается справиться с яростью, словно одержимый с терзающим бесом.
Главные герои в постановке, названной хрониками, – время и мысль, уверенно ведущие свои партии. Несколько бесконечно долгих столетий отделяет нас от XVI века, но бытие всегда развивается по спирали: на каждом новом витке приходится решать все те же проблемы и, самое страшное, вновь и вновь делать выбор.
История раздала на руки факты. Актеры показали, как мучительно непросто под натиском обстоятельств принимались решения. Кто бы мог подумать, что эту жизнь мы учили по школьным учебникам. Работы Ильи Репина, Виктора Васнецова, Алексея Толстого и Сергея Эйзенштейна… Вот что есть в нашем сознании (в лучшем случае). И как тут отделить зерна от плевел, стереотипы от истины.
Реформа военной, законодательной и судебной систем, введение печатного дела, окончательное объединение Руси, покорение Астрахани, Сибири, Казани, налаживание торговых связей с Англией – в основе последующего развития государства. Жестокие казни, массовые расправы над врагами, пытки, опричнина, последовавшее за ней Смутное время никогда не дадут склониться чаше весов в одну сторону. С равным рвением и переменным успехом будут отстаивать свои позиции сторонники канонизации и приверженцы демонизации личности-легенды.
А судьи кто?
Мы начинали с суда божьего и людского, так ведь есть же еще суд совести, которая может вынести не в пример страшное наказание – на смертном одре украсть последнюю надежду на бессмертие души. Самые мучительные, сродни обреченности, переживания главного героя спектакля передает Валерий Симоненко.
Мы никогда не узнаем, нашла ли ответ трагическая мольба царя земного царю небесному. Все это осталось за занавесом. Одно непреложно. Постановщик, изучив, выстрадав, пережив, для себя ответил на вопрос, что есть Грозный. Режиссер ведь тоже в какой-то мере единоличный властитель театра, подчиняющий своей творческой воле. Хотя в «Иване Грозном» эта «тирания» стала в высшей степени демократичной.
Валерий Симоненко объяснил, оправдал, увлек за собой, предложив формы и образы, затронувшие его душу и мысль. Принимать их или нет, каждый зритель должен решать сам. Одно точно: против установки такого памятника-спектакля никто возражать не будет.
Ольга Сударикова, фото Олеси Суровых

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям