Орелстрой
Свежий номер №36(1240) 11 октября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Резонанс

Где корова зарыта?

20.09.2017
Ровно сорок лет назад в орловской типографии «Труд» тиражом 500 экземпляров был напечатан справочник «Орловская область. Административно-территориальное деление». На тот момент в области проживало 890 тысяч человек. Численность населения в сельской местности составляла 451 тысячу. Сейчас в деревнях живет в два с лишним раза меньше людей. Сорок лет назад на пастбищах гуляли 718 тысяч коров, быков и телят. Сейчас в области их всего-то чуть больше 42 тысяч. Как известно, корова может произвести в год не больше одного теленка… Здесь-то и корова зарыта! Вот и посчитайте, сколько нам нужно лет, чтобы восстановить численность прежнего стада. Американцы, которые в период Великой депрессии в конце двадцатых годов прошлого века, так же как и мы, вырезали свое стадо, смогли воссоздать его только к 1957 году. Им потребовалось тридцать с лишним лет!
 
Куда что подевалось?
Многие из сельских жителей, конечно, помнят, какие большие стада были в прежние времена. Рано утром хозяева выгоняли своих коров, телят, овец со дворов, передавая их в надежные руки пастухов. Поздно вечером, когда солнце заходило за горизонт, усталые буренки, отмахиваясь хвостами от назойливых мух и нудных комаров, возвращались домой. Сейчас в личных подворьях животных поубавилось в десятки раз, а пастухов зачастую и днем с огнем не сыскать.
Побывайте хотя бы в деревне Новопетровка Свердловского района. Крупный по нашим меркам населенный пункт. Есть газ, хорошая дорога, водопровод. Но если сравнивать с тем, что было лет десять-пятнадцать назад, то это небо и земля. Тогда здесь было 180 коров на крестьянских подворьях. А раньше и того больше…
Декрестьянизация по-орловски
По последней переписи населения сейчас в сельской местности людей осталось в два раза меньше. Причина не только в том, что смертность превышает рождаемость. Люди активно перемещаются из сельской местности в города. Сокращение численности деревенского населения напрямую влияет на рост цен на продукты питания. Это естественно: тот, кто раньше был производителем сельскохозяйственной продукции, становится ее потребителем. Так что от демографической ситуации в деревне полностью зависит наша с вами продовольственная безопасность. Проще говоря, если окончательно загубим деревню, есть-то что будем? С дачных участков кормиться будем? Не получится!
Люди уезжают из деревни не потому, что в городах их кто-то сильно ждет. Не потому, что пустуют престижные и высокооплачиваемые рабочие места в ожидании, когда их займет деревенский паренек или девушка. Далеко школа, нет детского сада, сложно получить квалифицированную медицинскую помощь, плохая дорога. Что там говорить, какой быт в нашей деревне, знают все. С насиженных мест чаще всего гонит убогая социальная инфраструктура, а также невозможность иметь круглый год прилично оплачиваемую работу.
Процессы декрестьянизации орловской деревни, которые начались очень давно, не останавливаются. Они углубляются и набирают силу. Вот статистика: за пять лет, с 2009-го по 2013 год, численность сельского населения области сократилась на 25 897 человек, или на 8,9 процента. Сосковский, Дмитровский, Новодеревеньковский, Краснозоренский и Верховский районы потеряли более 20 процентов сельского населения; Знаменский, Хотынецкий, Покровский, Новосильский районы – от 15 до 20 процентов. В целом снижение численности сельского населения регистрируется в 22 из 24 муниципальных районов Орловской области.
Вымирающая деревня
Деревня сегодня переживает пору сложнейших социально-экономических процессов. В сущности, сегодня там происходит мощная технологическая и социальная революция. С одной стороны, это благо: высокопроизводительная техника способна заменить десятки людей. Она дает возможность кратно увеличить производительность труда и производство продукции. А с другой – куда деваться сельским жителям, которые в этой ситуации оказываются лишними в местах, где они родились, где жили многие поколения их предков?
Вот Краснозоренский район. Типичный небольшой район Орловской области, с самыми типичными проблемами. В нем пять сельских поселений, в состав которых входят 53 населенных пункта. В каждом пятом из них люди больше не живут. В статистических отчетах они так и называются – «населенные пункты без населения». Треть обитателей района проживает всего в 18 населенных пунктах, которые являются в основном бывшими центральными усадьбами или поселками при промышленных предприятиях. В периферийных, удаленных частях района численность населения быстро сокращается. В деревнях доживают свой век по 7–10 человек…
В самом районном центре – поселке Красная Заря – живет сейчас чуть меньше двух тысяч человек. А в районе их осталось около шести тысяч. Средний возраст мужчин, по итогам последней переписи населения, 43 года, женщин – 48 с половиной лет.
Где искать работу?
Деревни Верхняя Любовша – одна из самых крупных в районе. Здесь живут без малого 500 человек. Основное место работы – местный спиртзавод. Тому, кто туда устроился, считай, повезло. Для остальных спиртзавод – структура чуждая, а с некоторых пор его воспринимают как враждебную. Селяне начали бить в набат из-за того, что года три назад из водопроводных кранов в их домах полилась мутная жижа, а по деревне стал разноситься едкий запах. Вниз по течению местной речки в Русском Броде вода стала коричневой и берега покрылись отравленной рыбой. Непригодной для питья стала вода и в вековом святом источнике. Ее отказывался пить даже скот. А это главное богатство деревни – чистый воздух и кристальная вода.
Ситуация расколола населенный пункт. По мнению жителей села, виной всему местный спиртзавод. Те, кто работает на предприятии, уверены, все это фантазии противников завода. Но когда природоохранная прокуратура области взяла пробы грунта и почвы на соответствующих земельных участках, провела анализы в водоеме, факты подтвердились. После проверок предприятие оштрафовали. История повторилась совсем недавно, буквально несколько дней назад.
Непреодолимое противоречие
И это противоречие между интересами бизнеса и местными жителями неизбежно. Хозяева бизнеса – их называют ласковым словом «инвесторы» – живут в Москве, отдыхают на экологически чистых островах Тихого океана. Для них, к примеру, Любовша – цех, предприятие, фабрика, называйте, как хотите. Она обеспечивает им прибыль и позволяет жить в Москве, а время проводить на шикарных мировых курортах.
И еще один аспект. Индустриальные технологии, которые инвесторы преимущественно используют при эксплуатации орловских земель, положа руку на сердце, действительно, дают возможность обходиться в агропромышленном комплексе гораздо меньшим числом работников. Но деревня – это ведь не только сфера производства. Это не только то место, где выращивают еду для жителей мегаполисов. Это прежде всего наша среда обитания.
То, что сегодня происходит в сельской местности – это следствие аграрной политики, которая проводится в нашей стране все последние годы. И если продолжать эту политику, деревня обречена. Она неизбежно прекратит свое существование. Она исчезнет, как исчезли и продолжают исчезать десятки и сотни населенных пунктов Орловщины, о которых напоминает сегодня только справочник, изданный много лет назад…
Алексей Кузьмин

 

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям