Орелстрой
Свежий номер №40(1244) 15 ноября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Специально для "ОВ"

Евгений Маргулис: «Мы, музыканты, народ несносный...»

12.09.2017
На этой неделе стартует первый выпуск «Квартирника» – именно так называется новый музыкальный проект НТВ. В гости к «хозяину квартиры» Евгению Маргулису заглянут Андрей Макаревич, Алексей Романов, Юрий Шевчук, Князь, Луна и многие другие российские артисты, которые или уже именуются культовыми, или движутся в этом направлении. О том, как проходили съемки, какие сюрпризы ждут зрителей, а также о том, сколько алкоголя положено музыкантам и что такое «эффект божьей коровки», нашему корреспонденту рассказал ведущий программы Евгений Маргулис.
 
Хорошо забытое старое
– Евгений Шулимович, расскажите, как появился «Квартирник» – необычная в общем-то для нашего телевидения программа.
– Этот проект был затеян достаточно давно. И подобных ему действительно нет. Идея его простая: я решил вернуться в юность, когда нас, начинающих музыкантов, никуда не пускали, и мы показывали свои произведения на квартирах у друзей. У которых квартиры были миллиметра на три больше, чем наши.
– И у которых родители уехали на дачу?
– Естественно! Мы показывали свое благодатное творчество, а «входным билетом» был алкоголь. Антураж и атмосфера таких вечеров и легли в концепцию телепроекта «Квартирник».
– Не было опасения, что время изменилось и современному зрителю это будет или непонятно, или неинтересно?
– Честно говоря, время никогда не меняется. Меняются девайсы, которые тебя окружают в данный момент. Когда мы начинали, был только дисковый телефон, а сейчас у тебя и телефон, и компьютер, и вообще черт-те что. А все остальное повторяется и будет повторяться. По этому поводу даже нечего запариваться. И опять же, в нашей передаче нет возрастного ценза. Ее могут смотреть и совсем молодые, и люди нашего поколения. Кому интересно – тот смотрит, кому неинтересно, не будет смотреть, даже если мы будем голыми бегать перед зрителями.
– Сам факт новоселья обрадовал – что теперь передача будет выходить на канале НТВ?
– У нас получился нормальный телепроект, и «топить» его не хотелось. У предыдущего телеканала, где мы выходили, были другие приоритеты. Мы ушли «на каникулы» и не выходили в эфир почти полтора года. А передачу уже успели полюбить зрители. И мы стали искать, где бы она могла существовать в своем формате. Слава богу, нашли, и все у нас получилось. На НТВ мне очень понравился сам подход к «Квартирнику». Это имиджевая передача, у которой очень хорошая основная идея. Кроме того, теперь НТВ – это «территория живого звука», и в этом мы отлично сочетаемся.
– В чем произойдет обновление проекта?
– Будет другая площадка, народу в «квартире» будет больше, какие-то новые идеи будем воплощать в жизнь – и идеи такие есть. Конечно, сложность в том, что и я концертирующий, и группа концертирующая. Но мы уже как-то научились лавировать между гастролями. На НТВ покажут и не вышедшие выпуски, это программ двадцать.
 
Территория музыки
– Как прошла съемка с группой «Машина времени», которые были первыми гостями в новом сезоне съемок? Для вас это был волнительный момент?
– С одной стороны, волнительный, конечно, все-таки я участвовал в этом коллективе больше 20 лет, а с другой – мне захотелось немножко окунуть их в другую историю, потому что они громкие, электрические, а мне больше всего нравятся тихие акустические варианты. Съемка прошла замечательно. Народу в студию набилось страшное количество – притом что мы практически накануне съемок сделали объявление только по своим. Зрители у нас сидят на пуфиках, на полу – то есть все примерно так, как и было в квартирниках в 70-х годах.
– Что-то за кадром остается?
– Мы снимаем весь концерт, а сколько он будет идти – зависит от настроения артиста. Но час тридцать каждый по-любому играет. А вот Юра Шевчук отснял полтора часа и говорит: «У вас так клево – давайте, я еще поиграю!» И сыграл на три часа. То есть мы всегда снимаем с запасом. Не прекращаем съемку, даже если есть какая-то лажа – кто-то забыл слова, перепутал аккорды. Это значительно интереснее – показать артиста таким, какой он есть. Потому что они тоже люди, тоже человеки. И когда все это видишь на расстоянии вытянутой руки – это особенно интересно. Мне нравится, что к нам всегда приходят люди, которые сразу врубаются, что мы делаем. То есть идиотов у нас на съемках не бывает. При этом никто не знает, кому что сейчас в голову придет – и мне, и артисту. Этим «Квартирник» неповторим и интересен.
– Вы приглашаете только рок-музыкантов?
– Я не хочу загонять себя в рамки «глухого рока». Поэтому приходят артисты, которые мне нравятся и которых я хотел бы показать зрителям. Из них много тех, кто известен в интернет-пространстве. Та же Луна, которая не показывается на большом экране, но она спокойно собирает Дворцы спорта.
– А какое определение у рок-музыки? Что это такое? В толковом словаре что нужно было бы написать?
– А бог его знает! Я не критик, у меня о музыке два понятия: хорошая и плохая. Рок-музыкант – это лишь титул или ярлык. А вот музыкант – он всегда музыкант. Либо хороший, либо плохой.
 
Рок-н-ролл жив
– У детей есть такая забава: ползет букашка, а ей подставляют травинку, веточку, и она ползет туда, куда ее направляют…
– Да, это называется «эффект божьей коровки»…
– А ваша творческая биография, участие в группах «Машина времени», «Воскресение», «Аракс» – это тот самый «эффект божьей коровки» или все же что-то другое, осознанное?
– На самом деле я попадал в нужное время в нужное место – не более того. Цепочка событий сложилась именно так. Про «Машину времени» я никогда бы не узнал и не попал в этот коллектив, если бы мой приятель, который работал в «Москонцерте», не поставлял бы на подпольные концерты аппаратуру.
А дальше – больше… Когда познакомился с «Машиной времени», с другими московскими коллективами, круг общения увеличился. Ты знаешь и тех, и этих, а если еще и играешь, то рано или поздно все равно окажешься где-нибудь среди вот этих людей. Если, конечно же, сам из себя что-то представляешь. Я из себя что-то представлял – поэтому оказался там, где на тот момент следовало оказаться. Но в принципе это можно считать божественным провидением.
– Когда пошли в профессиональную музыку – ставили для себя какие-то задачи или играли в свое удовольствие?
– Мы были молодые, ретивые, нам нравилось приезжать в разные города, играть огромные концерты. Мы жили этим. А потом, конечно, после 1982 года, когда гайки закрутили, было понятно, что бросать это дело нельзя – нужно продолжать играть, и что-нибудь из этого точно получится. Потому что любая война всегда заканчивается миром.
– Сейчас все обсуждают трагическую смерть Честере Беннингтона, солиста группы Linkin Park, который покончил с собой. Известно, что и многие российские артисты не смогли избежать трагедий, связанных с алкоголем, наркотиками…
– Эта беда середины 80-х – начала 90-х…
– Что ваших коллег уберегло, как думаете? Какой можно дать совет молодым?
– Совет один: меньше употреблять всяких глупостей. Меньше «расширять сознание». До добра это не доводит.

Всегда «на стиле»
– Ваша супруга Анна – психолог. Это помогает в семейной жизни?
– Конечно, помогает. Какие-то моменты можно спокойно обсудить вдвоем и все решить. Она всегда дает правильные советы. Мы же, музыканты, народ несносный. И с нами жить достаточно сложно. А у нас с супругой гармонично все срослось.
– Не расстраивает, что сын Даниил не стал музыкантом. Или радует?
– Еще в детстве было понятно, что музыкантом он не будет. С малого возраста сына интересовали цифры – он, наверное, уже родился математиком.
– Музыкант должен отслеживать тренды: настроение в обществе, куда мы движемся, о чем переживаем? Или достаточно петь о том, что у тебя лично на душе?
– Естественно, прислушиваешься ко всему. И ты постоянно в курсе всех новых течений. Но мне нравится музыка, и я постоянно слушаю, что угодно. Кроме рэпа. Хотя мне очень понравился NOIZE MС (Иван Алексеев, музыкант и исполнитель, который выступает под псевдонимом NOIZE MС. – Прим. ред.). Я снимал его концерт, он поразил своей музыкальностью, словосозиданием. Он реально умеет это делать. И Вася Вакуленко (Баста. – Прим. ред.) – очень хороший музыкант.
– Евгений Шулимович, на всех светских мероприятиях вы очень элегантно выглядите. Как вам удается быть всегда «на стиле»?
– Не знаю. Наверное, благодаря тому, что я не покупаю всякое барахло.

Все хорошо в меру
– Есть что-то такое, что хотелось бы начать, попробовать наконец-то, но вот все недосуг было?
– Есть у меня предложение поиграть в спектакле, но пока пугаюсь. Такое количество текста выучить – это же сложно. И опять же, не понимаю, какой я актер. Актерскому мастерству нужно учиться…
– Это правда, что вы любите японскую кухню?
– Когда нет ничего, кроме японской, буду есть японскую. У меня нет каких-то кулинарных предпочтений. Мне нравится хорошая местная еда. То есть во всех местах, куда меня заносит нелегкая, я всегда стараюсь есть местную пищу, даже в Китае. И червей у них пробовал, и кузнечиков. Даже пил совершено ужасную настойку на крысиных эмбрионах.
– Как же вы заставили себя?
– Закрыл глаза, потому что это была какая-то страшно редкая императорская водка. И отказаться не было возможности, и морду кривить нельзя, потому что статус не позволял. Ну, и выпил…
– И как? Что-то волшебное?
– Я в принципе не знаю, какой у этой водки вкус без эмбрионов, поэтому мне сложно быть объективным. Но если ты эти эмбрионы видишь – то противно, а не видишь – вроде и ничего…
– Вы сказали, что входным билетом на квартирники был алкоголь. На ваш взгляд, что такое культура пития, которую все пытаются привить российскому народу?
– До скотства не напиваться. В микояновской «красной книге» «О вкусной и здоровой пище» было написано, что все хорошо в меру. Это правило работает всегда и везде – без исключений!
 Лариса Зелинская, фото Вадима Тараканова

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям