Орелстрой
Свежий номер №40(1244) 15 ноября 2017 Издавался в 1873-1918 г.
Возобновлен в 1991 г.

Газета общественной жизни,
литературы и политики
 
Вековая история

Цареубийца Яков Скарятин

23.08.2011

В ночь с 11 на 12 марта (по старому стилю) 1801 года в Михайловском замке Санкт-Петербурга двенадцатью заговорщиками был убит император Павел I. Спустя 50 лет, 23 февраля 1851 года, в Орловской палате гражданского суда была совершена раздельная запись от имени жены полковника, вдовы Натальи Григорьевны Скарятиной, и её сыновей – Владимира, Александра, Дмитрия и Николая Яковлевичей. Мать и дети договорились о разделе между ними недвижимого имущества, оставшегося после смерти полковника Якова Фёдоровича Скарятина и его старшего сына Григория Скарятина в Малоархангельском, Мценском, Ливенском уездах Орловской губернии и Щигровском уезде Курской губернии.

Военная карьера палача 

Какая, казалось бы, связь между этими двумя событиями? Самая прямая. Одним из 12 цареубийц был штабс-капитан лейб-гвардии Измайловского полка Яков Скарятин. Вот как описывал те трагические события один из современников, М.А. Фонвизин: «князь Яшвиль, Татаринов, Гарданов и Скарятин яростно бросились» на царя, «вырвали из его рук шпагу; началась отчаянная борьба. Павел был крепок и силён; его повалили на пол, топтали ногами, шпажным эфесом проломили ему голову и, наконец, задавили шарфом Скарятина». Другой современник, граф Ланжерон, уточнил, что Скарятин, «сняв висевший над кроватью собственный шарф императора, задушил его им». До недавнего времени о молодых годах штабс-капитана Скарятина, кроме самого факта участия его в цареубийстве, было мало что известно.

Однако в 2002 году военно-исторический журнал «Цейхгауз» (№1 за 2002 год) опубликовал три небольших документа из фондов Российского государственного военно-исторического архива, которые заметно расширили наши сведения об известном орловском помещике.

Из «Всеподданнейшего прошения … об увольнении от службы», написанного Я.Ф. Скарятиным 6 сентября 1806 года на имя императора Александра I, стало известно, что он начал военную карьеру подпрапорщиком в августе 1783 года и, проходя по ступеням служебной лестницы, 15 октября 1800 года был удостоен штабс-капитанского звания, в сентябре 1803 года – капитанского, а уже в декабре того же года Скарятин получил звание полковника лейб-гвардии Измайловского полка. Уже в 1806 году Скарятин просит уволить его на статскую службу, мотивируя это состоянием здоровья. Лекарь полка выдаёт ему соответствующую справку (не может служить из-за «продолжающегося удушья и лома в бывшей переломанной ноге»).

Бумаги поступают к императору Александру I. Царь даёт «добро» – и полковник Скарятин становится гражданским человеком и отправляется в своё родовое имение – село Троицкое Малоархангельского уезда Орловской губернии.

Семья и Божье наказание

Было Скарятину в тот момент (согласно сведениям служебного формуляра) 26 лет и был он год как женат на женщине известной и очень уважаемой в светских кругах – княжне Наталье Щербатовой (Щербатовы – знатное семейство с влиятельной роднёй).

Яков Скарятин оказался единственным наследником недвижимых имений, крепостных крестьян и дворовых людей в четырёх уездах Орловской и Курской губерний.

Начав жить помещичьей жизнью, полковник Скарятин оказался образцовым хозяином и активным деятелем малоархангельского дворянства (несколько раз избирался предводителем), как будто старавшимся за хозяйскими заботами и общественной деятельностью навсегда забыть о своём бурном и буйном прошлом.

И если в молодости он не раз хвастался в приватных беседах, как лично участвовал в убийстве царя Павла I, то в зрелые годы предпочитал не говорить об этом, всё чаще его посещали мысли о Боге, который никак не мог одобрить такое преступление.

У Якова Фёдоровича и Натальи Григорьевны родилось шесть сыновей: Фёдор, Григорий, Владимир, Александр, Дмитрий и Николай. В уезде и губернии полковник и княжна Скарятины имели репутацию просвещённых, культурных родителей, которые постарались дать детям приличное воспитание. Сыновья служили в гвардии и при дворе, были вхожи в высший свет. Почти все они были знакомы с Пушкиным, его кругом и оставили воспоминания об этом.

Но, вероятно, отцовские бунтарские гены сказались, и самый старший из сыновей, Фёдор, был арестован по делу декабристов. Правда, выяснилось, что по молодости (19 лет) он не мог быть активным участником заговора. Да и заступничество влиятельных покровителей сыграло свою роль. Фёдора Скарятина освободили из-под ареста, он продолжил службу по военной части, был адъютантом у московского генерал-губернатора. Из всех братьев он оказался самым способным к творчеству. Талантливый художник-любитель, хорошо писавший маслом, он стал одним из основателей Московских художественных классов (училища живописи, ваяния и зодчества). Умер Фёдор рано, в 29 лет, от чахотки. И это был первый удар, наказание Божье, как посчитал полковник.

Адъютант Его Величества

Второй по старшинству сын Якова Фёдоровича, Григорий, сделал блестящую по понятиям того времени карьеру. Помогали ему, несомненно, его обаяние и умение легко находить общий язык с самыми разными людьми. С одной стороны, он дружил со многими знакомыми Пушкина, лично знал и самого поэта. С другой стороны, все считали Григория Скарятина другом Дантеса. Кстати, о дуэли Пушкина с Дантесом именно Григорий Скарятин сообщил первым А.И. Тургеневу.

Григорий Яковлевич был флигель-адъютантом императора Николая I, участвовал в боевых походах, дослужился до звания генерал-майора. Во время Венгерской революции отряд под командованием Г. Скарятина (в составе корпуса фельдмаршала Паскевича) был послан на подавление восстания в Венгрии. Там 9 июля 1849 года в сражении под Шесбургом (современный город Сигишоар в румынской Трансильвании. – Прим. А.П.) Григорий Скарятин погиб. На месте его гибели был возведен памятник – постамент с лежащим на нём львом.

Смерть второго сына окончательно подкосила Якова Фёдоровича. Мучили его в последнее время и угрызения совести из-за участия в цареубийстве. Возможно, поэтому, отмаливая грехи, полковник Скарятин стал одним из главных благотворителей при строительстве возводившегося в Орле на средства дворян губернии кафедрального Петропавловского собора (его заложили как раз в день коронации Павла I в 1797 году). Но в процессе возведения стен собор пошёл трещинами и то и дело был вынужден ремонтироваться, что послужило распространению слухов среди орловцев о том, что Бог не принял дар именно от Скарятина-цареубийцы.

Смерть и делёж имения

В 1850 году, менее чем через год после смерти сына Григория, Яков Петрович скончался, оставив завещание похоронить себя в родовом селе Троицком, но чтобы обязательно его отпели в Петропавловском кафедральном соборе. Жена и дети так и поступили.

А в самом начале 1851 года наследники договорились о разделе семейного достояния. Наталья Григорьевна отказалась от каких-либо поместий мужа, взяв с сыновей обязательство выплачивать ей по две тысячи рублей серебром ежегодно. Каждый из детей получил движимое и недвижимое имущество: статский советник Владимир Яковлевич Скарятин – 746 крепостных душ и 7748 десятин земли, надворный советник Александр Скарятин – 790 душ и 7420 десятин земли, губернский секретарь Дмитрий Скарятин – 697 душ и 5483 десятины земли, гвардии подпоручик Николай Скарятин – 931 душу крепостных крестьян и дворовых людей (а вот количество его земли в раздельной записи почему-то не названо. – Прим. А.П.).

Даже поделённые на четверых, поместья Якова Фёдоровича Скарятина вызывали уважение и зависть многих соседей-помещиков своими размерами.

Но о судьбе этого наследства и судьбах детей и внуков полковника-цареубийцы – отдельная история.

Александр Полынкин

 

© OОО «Орловский вестник». Все права защищены. Любое использование материалов допускается только с согласия правообладателя. При перепечатке ссылка на источник обязательна.

Рекламодателям